Её двойная тайна

Где меня ждёт ужин и огромный букет цветов.

– Ого, – произношу я, – едва остаюсь одна. – Ничего себе, сервис.

Тут снова начинает звонить мой сотовый. Мама. Беру трубку, стараюсь говорить, как можно спокойнее, чтобы её не расстраивать.

– Доченька, – слышу, что мама очень взволнована, – ты как, как себя чувствуешь?

– Всё хорошо, мамуль, не беспокойся, – пытаюсь успокоить её я. – Я сейчас в палате, доктор говорит, что всё будет хорошо, перелома нет. Так что скоро я буду дома.

– Девочка моя, я так испугалась за тебя, – всхлипывает мама, – ты не волнуйся, я твоему ректору позвонила, всё рассказала, он обещал предупредить своего друга.

– Спасибо, мамочка, я очень тебя люблю, – я целую её в трубку. – А теперь иди, отдыхай, сегодня был трудный день. Я тоже пока посплю, мне сделали укол, спать хочется.

– Конечно, милая, спокойной ночи, – мама нехотя кладёт трубку.

Да, мне нужно поспать, пока действует обезболивающее, потому что потом, я чувствую, будет не до сна.

Я поудобнее устраиваюсь на кровати, закрываю глаза, но тут снова начинает звонить мой телефон. Нинка, моя подружка. Про неё-то я забыла. Обещала же я ей позвонить, как только всё прояснится с работой. Всё рассказать. Так она мне уже двадцать раз звонила. Вот нетерпеливая.

– Марина! – кричит она в трубку. – Ну, наконец-то, ты куда пропала? Маме твоей звоню, она про какую-то аварию говорит, плачет, что случилось?! Ты как? Ты где? Что с тобой?! – тараторит она, словно пулемёт.

– Я в больнице, – отвечаю я, – под машину попала, но сейчас уже всё хорошо.

– Ничего себе хорошо! – выкрикивает подружка, – ты и под машину, с твоей-то осторожностью. Как это произошло!?

– А вот так,..– с этих слов я начинаю свой рассказ.

– Ничего себе! – вздыхает Нина, – тебе не в архитектурный надо было идти, а в спасатели, как твой папа! И как он, красивый?

– Кто? – искренне не понимаю её вопроса.

– Ну, этот, Роман, – поясняет она.

– Я не знаю, я его не рассматривала, – грубо отвечаю я, – от одной мысли о нём, мне хочется его прибить, за его безответственность и лихачество.

– Да ладно, – не понимает она, – вот если бы меня на такой крутой тачке сбили, я бы обязательно его рассмотрела.

– Нина, ты не исправима! – смеюсь я. – Но мне, если честно его больше прибить хотелось, чем рассматривать! Да и зачем всё это? Он наверняка уже и забыл про эту аварию и снова на своём внедорожнике по Москве гоняет!

Но как же я ошиблась.