Цена желания

– Своей покорностью, вы заставляете меня чувствовать вину, – вздохнул король, и щелкнул пальцами в воздухе, – Впрочем, и правда, все, что было важно, мы уже обсудили и не по одному разу. Держите.

Слуга протянул ему поднос с тремя запечатанными письмами. Риз механически спрятал их за отворот одежды, вопросительно смотря на Люциуса.

– Одно с указанием лично для вас. И два для эльфов, – король чуть заметно растянул губы в тонкой улыбке, – Доставьте сами, и непременно добейтесь согласия. Отказ я буду расценивать, как измену.

Понятно?

Риз сжал челюсть, и кивнул. Люциус загнал его в жесткие рамки, но возражать он бы сейчас не посмел. Он чувствовал, что ему срочно нужно домой.

– Идите уже, – махнул рукой король в сторону двери, отпуская Дивейна.

Едва дверь за ним прикрыли, как он сорвался на бег. Способ добраться домой быстро он знал, но для этого ему нужен был маг, и чем сильнее, тем лучше. И маг во дворце, да и в столице был один. А кроме мага, ему еще было нужно место, поэтому свернул он не внутрь длинного коридора, а на улицу.

Ноги сами несли его к башне, и Риз очень надеялся, что маг дома. Подбегая к цели, он почувствовал магическую ауру, но слишком слабую, так что увы, мага в башне нет. Словно ищейка, он пошел по следу силы, чувствуя, как с приближением к цели, он может зачерпнуть все больше. В какой-то момент Риз понял, что ему уже достаточно для создания печати и остановился. Золотыми линиями засветился под ним рисунок. Портал активизировался, и герцог непроизвольно усмехнулся, услышав проклятия столичного мага.

Половину сил он у него таки забрал.

***

Поясница невыносимо ныла, не оставляя и шанса забыть о ней хоть на минуту. Ру чувствовала страх ребенка, и инстинкт, который толкал его наружу. Её сила сильно возросла, и это только ухудшало ситуацию. Она хуже понимала, что с ними происходит, и это пугало ребенка еще больше, заставляя защищаться. Собственно поэтому боль и стала такой невыносимой. Чтобы спасти себя от холода внутри матери, плод сжигал ее кровь.

Надо было позволить телу его отвергнуть еще в самом начале, а теперь… Ру стиснула зубы до хруста, чувствуя, как откололся уголок одного из них. Теперь у нее выбора нет. Скорее всего, они оба умрут, и осознание этого факта еще больше сковывало её тело льдом, и еще больше заставляло ребенка защищаться.

– Рамус? – позвала она еле слышно, хотя ей самой это казалось оглушающим криком, но алхимик её услышал.

– Да? – он обеспокоенно забегал глазам, оценивая её состояние.