Смертник

Не тем холодом зимнего утра, когда под лучами солнца тает первый снег, а хорошим, не выше градусов двадцати морозцем, от которого мгновенно немеют пальцы и стынут уши.

Кожаные перчатки без пальцев предательски скрипнули, когда Красавчик сжал руку, проверяя подвижность. Металл обжигал. Кожа прилипала к магазину. Не осталось времени, чтобы отогреть руки дыханием. Темной тенью скользя вдоль забора, Красавчик старался лишний раз не вертеть головой: от любого движения щеки обжигало морозом. Скоро поворот откроет то, что пока скрыто от глаз.

Тогда можно будут рвануть напролом, не опасаясь вляпаться в еще большее дерьмо.

Сердце ровно билось о ребра, пережидая вынужденное безделье. Рано. Еще немного… Еще…

Хрусткие шаги стихли, и установилась тишина.

И тогда Красавчик всерьез поверил в то, что его отчаянная вылазка осталась незамеченной для хозяина аномалии.

А зря.

Сталкер оглянулся перед тем, как перейти на стремительный бег. Он и побежал. Зрелище только что увиденного стоп-кадром застыло перед глазами.

Метрах в двадцати – двадцати пяти за белой проломленной изгородью стоял хозяин. Огромное человекоподобное существо с гипертрофированными мышцами, лишенными кожного покрова. Тонкий налет инея не скрывал подробностей, в прямом смысле леденящих душу. Наоборот, будто истончившаяся до прозрачности кожа покрывала вспухшие сухожилия и мышцы. Черепная коробка блестела, отражая неизвестный источник света. Глазные яблоки треснули как битое стекло, выпустив навеки застывшую желтыми нитями линзу.

Красавчик по инерции пробежал еще, прежде чем стало ясно, что путь к спасению отрезан. Прямо перед ним, перегораживая тропу, протянула щупальце к самому забору комариная плешь. Голова, как всегда в смертельно опасных ситуациях стала ясной. Пока сталкер поворачивался, чтобы встретится с хозяином лицом к лицу – нет ничего хуже смерти, выстрелившей в спину – успел оценить то, что на этот раз вляпался по самое не могу.

Нечего было и думать о том, чтобы подойти вплотную к забору.

Если здесь в каждую долю секунды температура стремительно падала, то там, скорее всего криогенная температура в минус сто пятьдесят показалась бы оттепелью в солнечный день. Быть может, пройдет какое-то время прежде чем некроз дойдет до кости, однако выбраться оттуда, не оставив хозяину на память о себе что-нибудь ценное – мечта несбыточная.

О комариной плеши вообще думать не хотелось. Плешь, она везде плешь – и чирикнуть не успеешь.