Декомпрессия

Аленка повернется и обнимет его…

Он успел сделать несколько шагов, разомлевший, успевший протрезветь от долгой ходьбы и снова опьянеть от предвкушения встречи.

– Стоять, – раздался голос за спиной. И в подтверждении короткого, слова выстрел слова, в затылок дайверу ткнулся обжигающе холодный металл. – Руки. Медленно.

Маньяк поднял руки, стараясь не делать резких движений. Здесь, в темноте, такой заманчивой показалась мысль дернуться, уйти с линии огня, и, молниеносно развернувшись, ударить невидимого противника ребром ладони в горло.

Только одно слово, мелькнувшее в мозгу, остановило его. «Аленка». Поэтому он терпеливо снес толчок, поставивший его лицом к стене. И обыск, выудивший из карманов все, что там было спрятано. Вплоть до «стрекозы» в специальном кармане.

– Дотошный, твою мать, – не сдержался Маньяк, отмечая действия того, кто его обыскивал.

Тот не ответил.

– Не советую дергаться, Маньяк.

Хриплый голос раздался из гостиной. Вспыхнул свет. На стуле, с круглыми от ужаса глазами, сидела хорошая девочка.

Темные волосы разметались по плечам, на лбу алела ссадина. Короткая майка едва прикрывала ягодицы, на лице, залитом слезами, чернела полоска скотча. Слева от стула застыл верзила в камуфляже, небрежно приставив к девичьему виску вороненую сталь пистолета. Но говорил не он.

– Двигай сюда, – снова донеслось из гостиной. – Есть разговор.

Ствол сместился ниже, и Маньяк почувствовал весьма сильный толчок в спину. Он двинулся туда, куда было указано. У окна в гостиной стояла пара боевиков в полной выкладке.

– И без фокусов, – сказал тот, кто пока оставался в тени.

Маньяк узнал хрипловатый баритон еще до того, как ступил за порог. В полутьме, на кожаном диване сидел светловолосый мужчина лет сорока. На скуластом лице застыла улыбка. Тонкие русые усы обегали насмешливо приподнятые углы губ и сливались с острой бородкой. Слева на шее изогнутые линии татуировки скрывал воротник рубахи, расстегнутой до пояса. В открытом вороте на золотой цепи жужжала пристегнутая «пчела».

– Трюкач, – тихо сказал Маньяк. – Какого черта?..

– Сократим беседу, – властно перебил его мужчина. – Не для того я сюда добирался, чтобы болтать.

– Кстати, – начал Маньяк, намериваясь поинтересоваться, чего не сиделось тому в Цитадели, и какого черта понадобилось в городе?

– Заткнись, Маньяк. Говорить буду я. В противном случае, за каждое твое слово ответит она. Ты понял?

Дайвер медленно опустил голову, гася в душе приступ ярости.