Старший брат. Книга третья

– Где эта квартира? Я хочу повидать его! – Марина тут же ухватилась за это.

Андрей положил матери руки на плечи и, постаравшись придать своему голосу больше мягкости, сказал:

– Сейчас уже ночь. Давай отложим визит до завтра.

– Ты сам его видел?

– Конечно. Мы расстались буквально час назад.

– То есть – как? – не поверила Марина.

– Сегодня я провёл ночь у него, – объяснил Андрей. – В городе у меня были дела, и я решил не заезжать домой, чтобы не тратить время. Даша ночевала здесь, а потом присоединилась ко мне.

– И как… Антон? – Марина всё ещё не могла успокоиться.

– С ним всё в порядке. Он… занимается своим творчеством, – нашёлся Андрей.

– А учёба? – продолжала расспрашивать Марина. – Он в институте появляется?

– С этим всё сложнее, – вздохнул Андрей. – Но мы решим этот вопрос, не беспокойся, мам.

Про себя он подумал, что завтра же займётся этим делом. А Марина, немного успокоившись, решила, наконец, объяснить сыну причину своего волнения.

– Понимаешь, со вчерашнего дня у меня нехорошее предчувствие, – призналась она.

 – Какое-то волнение в душе, и на сердце неспокойно. Я подумала, что с Антоном что-то случилось.

– Всё в порядке, мама, – ещё раз повторил Андрей. – Беспокоиться не о чем.

– Но вы с ним… нормально поговорили? – осторожно поинтересовалась она, памятуя о недавнем конфликте, разыгравшимся между братьями.

– Да, всё нормально, – подтвердил Андрей.

– Хорошо, сынок, – Марина поверила его словам и, пожелав ему и Даше спокойной ночи, поднялась к себе.

– Твоя мама очень беспокоится за вас за всех, – сказала Андрею Даша, когда они поднялись в свою комнату вслед за Мариной.

– Сердце матери полно предчувствий, – заметил он.

Даша подумала, что в её жизни всё было иначе, но вслух говорить этого не стала. Ей было неприятно вспоминать о матери в присутствии Андрея, хотя перед отъездом они попытались наладить отношения. Но впускать в их хрупкий мир Снежану она не хотела, опасаясь, что та может заполнить собой слишком много пространства.

Да, Даша ревновала его к матери, и ей было стыдно признаться в этом даже себе самой. Была бы её воля, она бы вовсе запретила себе думать об этом. Но здесь, увы, её власть над собственным разумом кончалась. И она вынуждена была терпеть эти неприятные моменты ревностных переживаний.

Даша задумалась и не заметила, как Андрей стал раздеваться, готовясь ко сну. Когда он сел на кровати, отдёрнув покрывало, застилающее его, она резко очнулась и пришла в себя.