Дашенька

Дашенька

Ирина Борисовна Каменская

Павел, отец юной скрипачки, вынужденный с самого раннего детства подчиняться властному характеру своей матери, плывёт по течению, считая, что его жизнь не состоялась, что он не достоин любви и уважения, так как не способен ничего изменить в своей жизни. А всё потому, что слаб и бесхарактерен. Он замкнут и неразговорчив. Он молчаливо терпит измены жены, на которой женился по приказу матери. Он не стал архитектором, как мечтал с детства. Ему не нравится его работа преподавателя по сольфеджио, а великим пианистом, как хотела его мать, стать не получилось из-за отсутствия таланта.

Ирина Каменская

Дашенька

Мелодия нарастала, набирала силу, заполняла пространство, проникала в каждую клеточку сознания, плакала, смеялась, будоражила, неся страдание и наслаждение.

Душу сдавила тоска. Как будто дьявол дотронулся до неё своим невидимым перстом. Вспомнилась Алёнка, её предательство, брак с богатым стариком, и в глазах потемнело от ненависти к ней.

– Женька, чего сидишь? Пошли в актовый зал. Слышишь, как играет кто-то. Скоро танцы начнутся. Повеселимся, – предложил Владимир.

– Что за Паганини объявился? – угрюмо спросил Женька своего соседа по комнате, только что пришедшего из магазина с огромным пакетом продуктов.

– Натка сказала, что пригласила студентов из консерватории, – ответил Вова. – Одевайся, чего сидишь один?

– Ладно, сейчас приду. Хочется на этого скрипача поглядеть.

Женька надел первую попавшуюся мятую рубашку, застегнул её на одну пуговицу, натянул тренировочные штаны, вытянутые в коленях, и взглянул на приятеля.

– Чего уставился? Не нравится – не смотри.

– Праздник всё-таки, а ты, как бродяга оделся. Перед девчонками неудобно. Они все такие нарядные, – не отставал от друга Володя.

– Они меня и такого любят, плохого, – ответил Женя с ухмылкой. – Ничего ты в жизни не понимаешь. Пушкина читай и учись. Ладно, дамский угодник, пошли уж. Я готов.

Они вышли из комнаты и направились к актовому залу, который находился в противоположном конце коридора.