Флорин

– Как ваши дела, мисс Грант? – обратилась к Александре леди Кларисса в вежливом, дружеском тоне.

– Хорошо, – ответила Александра, дотронувшись до своей сережки, будто проверяя на месте ли та. – У вас очень красивый дом.

– Спасибо, мисс Грант. Мне он тоже безумно нравится, – графиня Ормонд одобряющие кивнула и снова обратилась к Лорен с тем же вопросом и, убедившись, что у той все тоже хорошо, пригласила их познакомиться с другими гостями. После разговора с графиней у Александры осталось легкое приятное послевкусие.

В зале было полно аристократок, и, возможно, Кларисса не слишком отличалась от них, но Александре, в отличие от остальных, она нравилась.

Александра выждала подходящий момент и, так и не позволив себя увлечь в светскую скучную болтовню, ускользнула в уборную. Это была огромная комната с мраморной раковиной и массивным зеркалом, в котором девушка увидела, как нелепо выглядело ее напудренное лицо. Косметика не скрывала ссадин, наоборот подчеркивая остатки запекшейся крови. Интересно, останутся ли шрамы.

Впрочем, не все ли равно. Если это оттолкнет мужчин, то это к лучшему. Может, небеса специально так распорядились, видя, что ей совершенно не хотелось идти по пути своей матери и постоянно зависеть от того, как мужчины смотрят на нее. Ей хотелось работать и делать что-то значимое. И шрамы здесь ни при чем. Кстати, если сесть за руль одной из тех, машин, которые она видела утром в книжке, то их может прибавиться.

Александра пригладила волосы, аккуратно собранные в пучок и вышла из комнаты.

В холле висело несколько портретов, с изображенными аристократами начиная с позапрошлого века. Александра остановилась напротив одной из них, отыскав, таким образом, причину не возвращаться обратно к гостям. Ради этого, она могла так простоять целую вечность, разглядывая знатные лица. На одной из картин был изображен тучный джентльмен в парадной военной форме с небольшой бородой на мужественном лице и насмешливыми глазами, похожими на Томаса. Неожиданно к Александре подошел мужчина в черном смокинге и рубашке цвета чистого снега.

– Это Джордж Ормонд, – обратился он к Александре, имея в виду портрет, – отец хозяина дома. Важный был человек. Принимал участие в первой мировой войне, слыл весьма доблестным генералом. Не то что нынешняя молодежь. Никакой чести и доблести. Все моральные устои растеряны. И для чего воевали наши предки? Для того, чтобы стадо каких-то торгашей, вынуждающих наш мир на постоянную гонку за деньгами, получило свободу.