Флорин

Эдвард и Лорен знали друг друга с того времени, когда Александра была еще совсем ребенком. Эдвард всегда находился где-то рядом, но сделать предложение Лорен он созрел только когда Александре исполнилось двадцать четыре, то есть всего пару лет назад. Собственных детей он не имел. Эдвард по-своему тепло относился к Александре, иногда покрикивая на нее, но всегда быстро остывая и делая ей щедрые подарки. Александра была одной из самых приятных девушек, которых ему доводилось знать. Ему нравилось, что она в отличие от своей матери, не кокетничала и не капризничала.

И, главное, совершенно его не боялась.

Эдварду Гранту принадлежала одна из самых больших, производящих автомобили класса люкс компаний в Англии – «Грант Моторс». Он владел недвижимостью, разбросанной по всей стране и за ее пределами, например, апартаментами в Монте-Карло и огромным домом в Каннах. Эдвард любил лазурное побережье.

«Я всегда говорю жизни – да. А потом смотрю, что из этого получится, – сказал он как-то Александре.

 – И тебе желаю того же. Главное ведь это не принятие решения, это надо делать быстро. Главное – как ты справляешься с последствиями».

С самого детства Эдвард славился трудолюбием и амбициозными целями. Многому научившись у своих отца и деда, он стал механиком-самоучкой, постепенно превратившись в отличного бизнесмена и выдающегося изобретателя. Много лет он мало спал, много работал, проектируя и выпуская престижные, дорогие автомобили, в которых нередко ездили семьи королевских кровей.

– Если уж и делать что-то, так как следует, – считал мистер Грант. – Ведь как ты делаешь что-то одно, так ты делаешь все.

И он делал все одинаково успешно.

Хотя Эдвард вышел из народа, его уважали в самых разных кругах Англии, а некоторые даже побаивались. Война закончилась, у него накопилось много денег, отчего он стал одним из богатейших людей страны и теперь входил во многие престижные дома Англии. Однако нажитое состояние по-прежнему не приносило должного удовольствия, Эдвард хотел большего и неустанно работал.

Женившись впервые и довольно поздно, он тщетно настраивал себя, что наступила пора, о которой он временами смел лишь мечтать – можно отстраниться от дел и отдаться целиком семье, вкусной еде и путешествиям.

Эдвард также хотел, чтобы Лорен приблизилась к исполнению своей мечты настолько близко, насколько он сам мог разрешить это. Бывшая владелица хостелов отчаянно желала войти в аристократические круги.