Зоопарк подсадных уток

– Ну, рассказывай! – велела она, толкнув Киру в вертящееся кресло.

– Понимаешь, Аллочка, как бы тебе сказать, – замялась Кира.

– Давай с самого начала! – с горящими глазами велела Алла. – Он на самом деле симпатичный?

– Вполне, – немного подумав, сказала Кира.

– Ну, а дальше? Что вы делали? Ты сказала ему, что у тебя есть потрясающая подруга, с которой ему непременно надо познакомиться?

– Ну, как бы это сказать, – замялась Кира. Она не знала, как ей себя вести. Если признаться, что Егор и в самом деле довольно милый парень, и что сегодняшнюю ночь она фактически провела в его постели (хотя это ровно ничего не значит), Алла обидится.

– Да уж, положеньице! – пробормотала Кира, чувствуя себя рыцарем на распутье. Ее спасла заместительница директора, Елена Михайловна – высокая статная женщина с царственной осанкой.

– Горохова! – завопила она, воздвигаясь возле Кириного стола. – К шефу! Живо!

– Иду, – тоскливо протянула Алла, поскольку Гороховой была именно она и обернулась к Кире.

– Хорошо, – покорно согласилась Кира, мечтая, чтобы до обеденного перерыва на офис упал метеорит, или Аллочку похитили инопланетяне. Ее невеселые размышления прервал писк телефона.

– Ты там как? – раздался в трубке ласковый голос Егора, и Кире почему-то стало тепло и спокойно.

– Я хорошо! – уверила она Егора. – Работаю в поте лица.

– По-моему, ты над чем-то мучительно раздумываешь.

– Есть немного, – ответила Кира, удивляясь проницательности Егор.

– Расскажешь?

– При встрече возможно, – выдохнула Кира.

– Если что, звони! – предупредил Егор и отключился.

Кира разложила перед собой документы, включила компьютер и попыталась начать работу.

– Липатова здесь? – в дверь просунулась взлохмаченная голова курьера – восемнадцатилетнего Васи. Вася был высоченный, нескладный, прыщавый юнец, уверенный тем не менее, что он неотразим, и что любая девушка, независимо от возраста и положения, так и норовит сесть ему, Васе, на шею.

– Здесь, здесь! – откликнулась Кира. – Что тебе, Васенька?

– Вам посылка, Липатова! – подчеркнуто-официально выдал Василий, всем своим видом выражая горячее неодобрение к столь панибратскому обращению. Он бочком протиснулся к Кириному столу, искоса поглядывая на нее, словно ожидая нападения и готовясь в любую минуту спасаться бегством.