Любой ценой?

Где они все? И почему нет ни одного свидетеля? Тебе не кажется, что тут слишком много не состыковок? Тебе не жаль, что поверила кому-то и не проверила факты, ты же журналист?

– Ты просто хочешь меня обмануть.

– Какой мне смысл тебя обманывать, если нас обоих скоро прикончат.

– Хочешь сказать, что я зря потратила десять лет?

– Это очевидно. Почему ты ждала эти десять лет? Почему сразу не подошла ко мне? Почему не обратилась со своими догадками в полицию?

– Ты думаешь я ничего не делала? Мне никто не верил, так как не было доказательств.

– Вот как. А ты решила стоять на своем до конца? Одна, борец за справедливость.

– Да, мы поклялись с ней, что мы вместе тебе отомстим.

– Почему же она оставила тебя одну? Переложила все на твои плечи и сбежала, чтобы себя не замарать, удобно.

– Она не сбежала, она умерла.

– Я же говорю, удобно, не с кого спросить, она ни при делах. Мало того, что свою жизнь обрубила, так еще и тебя с собой утащила.

– Что за бред ты несешь?

– Это я бред несу? А сама? Чему жизнь посвятила? Может, ты журналистом стала из-за нее?

– Нет, это была моя мечта.

– Вот так в детстве и хотела в грязном белье богачей копаться?

– Нет, конечно. Это только из-за тебя я стала таким заниматься.

– Ого, какой я маг и волшебник. Даже не видел тебя никогда, но всю жизнь твою изменил. Здорово, не правда?

Я ничего не успела ответить, так как в дверь вошел один из бандитов. Он был еще страшнее главаря, все лицо в шрамах и очень отталкивающее.

– Какая птичка у нас тут попалась в клетку, – сказал он, проведя рукой по моей щеке.

– Руки убери, – зло ответила я.

– Ты же любишь придумывать разные игры, так давай поиграем.

Я не выдержала и плюнула ему в лицо, это было единственное, что я могла сделать, так как веревки мешали мне пошевелиться.

Он разозлился, обтерся рукавом и достал складной нож, который демонстративно открыл прямо перед моим лицом.

– Вот как ты решила, любишь грубость? – и он провел ножом по моей рубашке, отрывая по очереди одну пуговицу за другой.

– Мразь, отойди от меня, – я пыталась всячески сопротивляться, но у меня ничего не получалось.

Я уже начала готовиться к самому худшему, слезы навернулись на глазах. Никто не мог мне помочь, я осталась одна и даже не могла высвободиться.