Проклятие Каменного острова. Книга 1. Пророчество

Мы с женой будем рады сделать для вас все, что только в наших силах.

Он проводил гостей в глубину тенистого сада, где стояла белая ажурная беседка, густо увитая цветущими растениями. Мона уже знала, кого там увидит, потому что во всем, на что падал ее взгляд, чувствовалось присутствие эльфов.

Из прохладной сени вышла женщина в легком струящемся одеянии, больше похожая на призрачную грезу. В ее длинных светлых волосах сверкали и переливались тончайшие металлические нити, голубые глаза были прозрачнее льда. Рядом с высоким загорелым мужем, эльфийка выглядела особенно хрупкой и эфемерной.

– Это моя жена Илнэри.

Таэль почтительно взял Мону за руку.

– Дорогая, Том Картер – самый известный в этих краях торговец и мое доверенное лицо. Он также является посредником в сделках между людьми и эльфами. Том, Нэри, это Мона Корвел, Великая волшебница из Пророчества, – он помолчал и тихо добавил, – моя жена.

Супруги быстро переглянулись, а потом эльфийка почтительно склонилась перед Моной.

– Брэни, я счастлива принимать у себя высокую гостью.

– Нэри, будь добра, покажи Светлой госпоже свои искусные работы. Пока она будет любоваться украшениями, я поговорю о делах с твоим мужем, – Таэль склонил голову и поцеловал руку Моны. – Я оставлю тебя совсем ненадолго.

Мужчины вернулись к воротам, где эльф снял с верховых лошадей седельные сумки и оружие, а потом прошли в пристройку к дому, в которой хозяин оборудовал себе контору. Томас прикрыл дверь, сдвинул в сторону листы пергамента и присел на край стола.

– Что происходит, Тайлер? Как ты оказался женат на волшебнице из дома Корвел, тем более на Светлой госпоже? И почему мы раньше ничего о ней не слышали?

Эльф положил на стол увесистый кошель и посмотрел в лицо человеку, который не раз и не два выручал его в трудные времена.

– Я бы сказал, что наша встреча с Моной была предопределена, но кто я такой, чтобы рассуждать о промысле высших сил. Я об этом не просил, так случилось. Том, я не знаю, что ждет меня в ближайшем будущем, поэтому вынужден снова обратиться к тебе.

– Ты, как всегда, несправедлив к себе, мой друг. Тебе выпал редкий шанс только потому, что ты заслуживаешь его как никто в целом мире!

– Я заслуживаю лишь презрения, Том, просто ты добр и великодушен.