Блуждающий костер

Но Женя не в силах была идти дальше. Она встала за косматой елью и, выглядывая меж веток, неподвижно смотрела на ярко-оранжевые языки пламени. Она уверяла себя, что ищет свои потерянные следы: «Гм, все-таки интересно, где я могла проходить, когда шла в лес… И с какой стороны я теперь подошла к лагерю?»

И вдруг ей стала ясна бессмысленность этих слов. Как будто на все ее прежде туманные ощущения – зрение, слух, даже мысли – навели фокус, и она увидела, услышала и поняла правду. Это – другой костер.

Это – не их лагерь! Боже, но тогда чей же? И как два лагеря по обеим сторонам маленького холма могли за весь вечер не увидеть и не услышать друг друга? Вдруг, словно в продолжение вопроса, на фоне пламени мелькнула человеческая тень. Потом – еще одна. Женя затаила дыхание. Больше всего в этот момент ей хотелось стать безмолвной и незаметной, как дерево. Снова зашумели сосны, и вместе с порывом ветра до нее донеслось что-то, похожее на человеческую речь. Даже, кажется, смех… Она сжалась, не смея пошевелиться. «Что бы сделал на моем месте Димыч? А Генка? А Володя? – судорожно металась в голове мысль. – Может быть, они бы не задумываясь пошли к этому костру, размашисто шагая в глубоком снегу и издали крича приветствия?» «Может, они бы так и сделали», – ответила она сама себе, и с этими словами как можно тише, стараясь оставаться под прикрытием ели, отступила на шаг назад. Потом – еще на шаг, еще и еще. Может, Димыч, Генка и Володя, а также Данила, Петя и все прочие пошли бы к этому костру. Но она, Женя – она это точно знала – должна сделать по-другому. И чем дальше она уходила от костра, не сводя с него глаз, тем больше росла в ней уверенность, что она поступает правильно. Она двигалась плавно, стараясь не выдать себя ни скрипом снега, ни шорохом веточки. Там, около костра, находится что-то не то. Что-то опасное. Женя забыла, что ей надо бояться темноты и леса. Теперь и темнота, и лес были ее друзьями, потому что помогали ей спрятаться от истинного – она это знала – источника страха. Он был там, около этого костра. Но чем больше она понимала, что находится вблизи самого страшного места в лесу, тем почему-то спокойней и ровней становились ее мысли. Вместо того, чтобы отдаться чувствам и со всех ног кинуться прочь, она напряглась, как дикий зверек. Инстинкты обострились; все они работали сейчас лишь на то, чтобы помочь своей хозяйке избежать беды.