Муж-озеро

Она вообще знала очень мало ботанических названий – слишком мало для образа лесной кикиморы. Зато знала все растения в лицо.

Она сидела, смотрела на воду и утирала слезы. «Ну что ты переживаешь, все идет, как обычно, – говорила она себе. – Такие люди попадались тебе и раньше. Помнишь, как прошлым летом тот ушлепок с модной псевдобрутальной бороденкой загнал свой джип в воду?» Еще бы не помнить. Завидев его издали – о пьяной компании джиперов ей заранее пугливо нажаловались другие туристы, непонятно чего ожидая от нее (неужто того, чтобы она выгнала пьяных?) – Танюша с истошным криком бросилась в Озеро.

Что делать, она не знала. Плана не было. Все сделалось само собой: по пояс в воде она подбежала к джипу, не обращая внимания на людей вокруг, навалилась грудью на бампер и заверещала «Уберите машину из Озера! Нелюди! Вы Его отравите! Так нельзя!» Вокруг орали матом, грозили убить, чьи-то руки грубо хватали ее и оттаскивали от машины. Она падала в воду уже по грудь и даже с головой, выбиралась, подбегала и снова цеплялась в бампер. Кажется, хозяин джипа – вроде бы он в тот день по пьяни решил переехать через озеро на другой берег – с перекошенной от ярости мордой залез в кабину и хотел нажать на газ. Но Танюшу не утянуло под днище движущейся машины, как должно было быть: джип никуда не поехал. Товарищи Дроныча – кажется, его так называли – опомнились, протрезвели и выволокли его на берег. Танюшу тоже выволокли, беззастенчиво пиная ногами и хватая за волосы. Убежав на свою стоянку, она еще долго слышала доносящиеся с другого берега крики и брань. На следующий день она снова подошла к их поляне и украдкой выглянула из-за дерева. Но уже не было ни души. Машины исчезли. Только бутылки, пластиковые тарелки и прочий мусор валялся вокруг еще дымящегося костра. Пока она собирала мусор в мешок, мимо прошли знакомые туристы из другой компании. Они рассказали, что джиперы ночью совсем перепились и поехали колесить по лесу, но застряли в болоте. Их все утро вытаскивал трактор. После того случая Танюша остерегалась идти наперекор агрессивным и пьяным, и вымещала свою ненависть здесь, на камне, в бессильных слезах. Конечно, она знала, что это нехорошо. Особенно нехорошо желать квадроциклистам точно так же утонуть в болоте, как те джиперы. Но сдержаться она не могла. Она ведь была здесь одна, совсем одна. Да не только здесь – везде, во всем мире. А у этих веселых, довольных людей было все на свете – женщины, мужчины, джипы, квадроциклы, молодость, красота, будущее.