Кошачий эшелон. Повесть-сказка

К генералу мгновенно вернулось благодушное настроение. Он заговорил уже более бодро:

– Времени у нас остаётся мало. А потому час настал. Будем, это, наступать. Вы слышали людские сводки? Ха-ха! Из множества донесений, полученных мною от моих верных подданных, следует, что…

Гнус встрепенулся.

– Позвольте мне, мой генерал.

– Тебе позволено почти всё, наш бесценный друг. – И генерал не удержался и потянул носом в сторону карандашей, которые так приятно пахли. – Говори. Мы слушаем.

Генерал произнёс эти слова очень торопливо, мечтая, чтобы совещание быстрее кончилось, так как теперь мечтал только об одном – сгрызть хотя бы один новый карандашик.

Гнус приосанился и окинул всех грозным взглядом. Он заметил, что кое-кто поглядывал на него насмешливо, а то и ехидно. Это ему не понравилось. «Прищучу, – подумал он. – Скоро всех вас, гадёныши, прищучу. Всех». Внешне он выглядел спокойным, но на самом деле, ярость клокотала в нём.

– Позвольте доложить: всё готово к нашему нашествию. Ленинград ослаблен, истощён, почти повержен.

Он говорил это, а перед его глазами всё представала сегодняшняя картина: он вот-вот отнимет у мерзкой девчонки хлеб, а дальше, попугав её вволю, перегрызёт её горло! Как же ему было хорошо в этот момент, как приятно… Он специально оттягивал этот момент. И вот – дооттягивался. Откуда взялся этот дрянной мальчишка?! Палкой в него бросил! Неслыханно! Не испугался, не дрогнул, дубиной сумел бросить.

Такого унижения давно не испытывал Гнус. Хорошо приложил его дрянной мальчишка, ничего не скажешь. Полчаса пришлось синяк загримировывать, на совещание из-за этого опоздал.

Но не только этот факт мучил Гнуса и заставлял его трястись от злости. Дело было в том, что он испугался. Да-да – он позорно испугался, когда дубина приземлилась на его голову. Если бы не железная каска на голове, не стоять бы ему сейчас перед генералом, не докладывать бодрым голосом о ситуации в городе.

Но главное не это. Главное – страх, который заставил его сделать лужу, а потом нестись во весь дух, прочь от этого места. По дороге он провалился в какую-то дрянную яму, вымазался весь, с трудом выбрался. И только после этого опомнился.

Да ведь детишки эти уйдут сейчас. Уйдут не отомщённые.