Russian Magic и другие рассказы

Работая в странном месте с не менее странным персоналом, ему всё чаще начинало казаться, что он медленно сходит с ума. В свободное от работы время, профессор вёл разгульную жизнь со своими европейскими приятелями, пытаясь как-то уйти от действительности.

Другой Хотам, совсем не походил на того сдержанного и высоконравственного доктора, каким он являлся в клинике. Что-то сломалось внутри него перед приездом в Германию. Хорошее время для него осталось позади, теперь только всепоглощающая тьма, из которой так трудно было вырваться.

Глядя на развлечения своих подчинённых, он пытался отвлечь себя той же пеленой различных иллюзий: вино, «травка», женщины, казино, тайные сообщества, напоминающие скорее ад, чем рай для наслаждений, но тщетно. Угрызения совести, боль потерь и отчаяние преследовали его всюду, где бы не находился, и чем бы он их не маскировал. Не помогали и путешествия по другим мирам и галактикам.

Даже со своей тётушкой Хотам поссорился впервые в жизни. Бааль совсем не нравился его теперешний образ жизни, а он, и слышать не желал о женитьбе во второй раз.

Надвигалось полное затмение…

Глава шестая

Экстренный вызов неожиданно вырвал Хотама из цепких лап растления.

Где-то на границе Польши и Германии произошла крупнейшая авария, столкнулись два титанических пассажирских автолайнера, принеся с собой огромные жертвы.

Таким образом, экспериментальная клиника имела возможность пополнить запасы донорских органов. Вместе с органами в клинику были доставлены, в ужасном состоянии, но чудом выживших несколько человек. Увы, почти все скончались от тяжелых травм, через несколько часов, после доставки в клинику, кроме одного, точнее одной пациентки. Глядя на неё, трудно было понять, как в таком маленьком, хрупком тельце, с тяжкими повреждениями, всё ещё теплится жизнь.

На консилиуме, созванном по этому поводу, большинство врачей склонялось к тому, что эта пациентка лечению не подлежит, и будет целесообразно и гуманно, помочь ей поскорее перейти в мир иной…

Молчавший до сих пор профессор, категорически воспротивился этому. Едко заметив, что долг истинного врача бороться за жизнь пациента до последнего вздоха, а не помогать ему, заведомо отправляться на тот свет.