Ковен Четырех. Проклятие кровавой луны

Ревнуешь, малыш?

– Нет, – фыркнула Лиза. – С чего вдруг? Она всего лишь бросилась тебе на шею и собиралась поцеловать. Но мы, очевидно, не в тех отношениях чтобы меня это беспокоило.

– Она не собиралась. Марта с Федей, – Кирилл кивнул в сторону сцены. – А в каких мы отношениях, позволишь уточнить?

– В том то и дело, что ни в каких… – вздохнув, ответила Лиза.

– Что ж… Придётся постараться, чтобы это исправить. Позволишь пригласить тебя на танец? – спросил он, когда заиграла медленная мелодия. – Или это не положено, в наших никаких отношениях?

Лиза закатила глаза.

– Как же ты меня бесишь!

– Ты всегда говоришь, что думаешь? – поднимаясь на ноги и протягивая девушке руку, спросил он.

– Нет – Лиза покачала головой, вложив в его руку свою. – Это ты на меня так влияешь.

Кирилл обнял ее за талию, ведя в медленном танце.

Танцевать с ним было удивительно легко, Лиза совсем не думала о высоких каблуках или о том, как правильно ставить ноги, чтобы не запутаться, хотя раньше она делала так всегда.

С ним было все иначе.

Его движения излучали уверенность, которая передавалась и ей.

Серые глаза, несмотря на свой ледяной оттенок, казалось, кипели, когда он смотрел на нее.

– Я не понимаю… – донесся его голос сквозь музыку.

– Не понимаешь, что? – выдохнула Лиза, чувствуя, как с каждым новым кругом, ее сердце бьется быстрее.

– Не понимаю, почему делаю это…

Кирилл остановился, наклонившись к Лизе, замерев в нескольких миллиметрах от ее губ.

– Я так хочу поцеловать тебя…

Он прерывисто вздохнул и закрыл глаза.

– Ты спрашиваешь разрешение?

– Нет… Да.

– Тогда целуй.

По коже Лизы забегали мурашки, а сердце заколотилось еще сильнее.

Его рука легла на ее шею и он коснулся ее губ, медленно и нежно. Она обняла его в ответ, зарывшись пальцами в волосы на затылке: «Мягкие» – успела она подумать прежде чем ответила на поцелуй, становившийся все чувственней.

Вдруг они услышала жуткий грохот и отскочили друг от друга, Кирилл резко обернулся в поисках источника шума.

Лиза едва соображала, что происходит. В ее голове шумела кровь, отдавая пульсирующей болью в виски. Девушка почувствовала уже знакомую волну силы, гуляющую по ее коже и с ужасом поняла – бар разрушила она.