Когда миры меняют кожу

Она крикнула мне, что мы полетим быстрее, и тут она будто бы взорвалась, я видел будто бы мы вдвоем разделились на атомы, она состояла из золотых, а я зелено-синих, напомнивших мне вид Земли. Я чувствовал эти разрозненные части, из которых я состоял так, будто бы я имел тысячи глаз, будто бы это все был я только в миллиардах вариаций. Я видел 5D фильмы, в IMAX кинотеатрах, но ничто не сравнится с этим впечатлением.

Это было совсем другое осознание окружающего пространства. Во сне обычно не чувствуешь страха, ты видишь картинку и знаешь, что так и должно быть.

Виды были страшные, красивые и захватывающие. Такого я никогда не видел, я не интересуюсь астрономией и даже никогда не видел снимков тех планет, которые я наблюдал во время полета.

Тут мне пришла мысль в голову, что это вряд ли способно было нарисовать мое подсознание.

– Мы скоро будем на месте, – сказала мне она, когда мы пролетели сквозь черную дыру.

Наши атомарные структуры стали собираться и снова возвращаться в человеческий облик. Все такая же красивая. Моя девушка с синими глазами, цвета неба. Та, с которой мне всегда было так комфортно и хорошо. Я снова ощутил теплоту ее руки. Такую же, каким был ее взгляд, когда она смотрела на меня.

– Вот моя планета, – сказала она, показывая мне на одну из сфер, – я не знаю, готов ли ты.

Я сказал, что готов. На ее лице читался страх. Она боялась мне что-то показать.

Мы стали приближаться к ее планете, довольно медленно, она не спешила.

Мы прошли несколько слоев газа, спускаясь на ее «Землю». Огненное кольцо, защищавшее эти слои, которое выжигало все на своем пути, никак не задело нас. Мы были невесомой структурой, которая вряд ли существовала и в этой реальности.

Поверхность была испещрена бьющими вулканами, цвета были настолько разнообразными, такими, какие не позволит увидеть видимый диапазон доступного нашему зрению излучения. Это было нечто невероятное, будто бы я запил кокс лсд и всадил в себя шприц метамфетамина. Все было другим. Она стояла рядом со мной, а я разглядывал, как переливающиеся кристаллы летят над моей головой, а поверхность дышит, будто бы она вся целиком была живой.