Границы существующего 2

»

«Когда я подумал, что ее больше нет, я совершенно не знал, что мне делать. Будто бы мир рухнул, и всё перестало иметь смысл. Я не понимал, что делать. Когда меня отключили от аппаратуры «Большого Брата», я вообще мало что понимал, настолько погрузился в жизни других людей. Будто бы перестал существовать и растворился в них.»

«Мне стало всё равно. Всё равно что будет дальше. Я старался делать как можно больше разной работы, взял еще больше чтения, но оно было мне не очень интересно. Я решил записывать все свои мысли в блокнот, так как, с точки зрения психологии, это помогает лучше понять себя и отпустить проблемную ситуацию.

«Я потерял вдохновение, однако тщательно записывал каждый маленький момент, который происходит со мной. Мне казалось, что всё, что я не делаю, выходит сухо и скупо. Вот сейчас, если бы я принес то, что я пишу редактору, он бы зашелся слюной, пока читал бы.

Я согласился полететь в космос, ведь это было моей мечтой, я хотел посмотреть, что там находится, хотел узнать, какого это быть космонавтом, но как-то мечта тухнет, когда не подкрепляется любовью.

«Она спит у меня на плече. Я думаю, что я самый счастливый человек на свете.»

(Некоторые записи Антона в блокноте)

Мы вышли в открытый космос, об этом оповестила нас запись на верхнем дисплее, а также расходящиеся от корабля и от наших окон столпы искр, было так красиво, как фейерверки, разноцветные такие. Это наш корабль, успевший набрать хорошую скорость тормозил, чтобы выйти на геостационарную орбиту Земли.

По связи объявили сбор в капитанской рубке. Мы отстегнулись, наконец-то проснулась рыжая девушка, которая пропустила весь взлет, она потянулась, как настоящая кошка, она мне тоже очень нравится, и я думаю с ней подружиться как-нибудь, но стесняюсь.

Никогда не могла бы подумать, что полет на космическом корабле будет мне напоминать полет в обычном самолете, причем такой комфортный.

Я выпила успокоительную таблетку, потому что знала, что встреча с Виталием снова может привести к рецидиву суперспособности.

Виталий выглядел в этом зале как красивый дирижёр, его движения были выверены и точны, театральны, за панелями он, правда, выглядел лучше всех.