Измена. Невеста лорда-дракона

Но процесс Перерождения в большинстве случаев был спонтанным. Раньше к нему можно было подготовиться усиленными тренировками, но сейчас эта практика ушла в прошлое.

– Вы можете мне помочь, – Хейли подняла подбородок и посмотрела мне в глаза. – И тогда, клянусь тьмой, я буду вашей.

Предложение было заманчивым. В моей голове сразу всплыла картина нашей первой брачной ночи, и чтобы ее отогнать, пришлось приложить изрядное усилие.

– Что ж, – я огляделся по сторонам и шире раскинул ментальную поисковую сеть, чтобы сразу узнать о малейшей угрозе.

– Дома меня никто не ждет, – невесело усмехнулась девушка, но даже так на ее щеках появились соблазнительные ямочки. – Я обычно не появляюсь там до поздней ночи.

– Ваши родители настолько доверяют вам?

– У меня есть только отчим, и даже если я не вернусь, он, наверное, будет только рад.

При этих словах мой инстинкт защитника взметнулся во мне жарким пламенем. Во время разговора мы приблизились к коню, и Скарлетт тихо фыркнул, ткнувшись мордой мне в плечо.

– Может, найдем более удобное место? – предложил я.

Стоять на берегу в мокрой одежде, пожалуй, было не самой лучшей идеей. Полные губы Хейли едва заметно посинели, да и сама она дрожала. Я мог бы развести огонь, чтобы согреть ее, но дым привлечет много внимания, а убивать невинных мне не хотелось. Без необходимости.

– Будет лучше, если нас не увидят вместе, – тихо произнесла Хейли. – Это не займет много времени.

Да о чем тут думать?

Я уже был готов на все, лишь бы заполучить эту едва знакомую мне девушку, которая всего за короткий промежуток времени стала мне практически родной.

– В таком случае, позвольте мне согреть вас единственным доступным мне способом.

Щеки эльфийки вмиг покрылись румянцем, а мое сердце зашлось в груди от того, насколько это было мило.

– Вам лучше снять свою мокрую одежду и надеть это. Так будет теплее.

Хейли забрала у меня одежду, и я отвернулся. У меня будет еще масса возможностей увидеть ее обнаженной и сравнять наш счет. Пока было достаточно того, как мокрая ткань обрисовывала ее фигуру, не оставляя простора для фантазии.