Фурия для Дракона

Я была как фарфоровая кукла на витрине, которую он время от времени демонстрировал своим союзникам. Но при этом я не имела никакого значения, потому что имела несчастье родиться девочкой. А королю нужен был сын. Наследник. Но за все годы, что я себя помнила, ни одна женщина так и не смогла зачать ребенка нужного пола. Это, наверное, было наказанием моего отца за то, что он незаконно получил свою власть, силой узурпировав трон, который никогда не принадлежал людям. Да, Драконы тоже в свое время завоевали это право, убив короля Кайдеона, и в Алассаре даже осталась его законная наследница, которая теперь объединилась с Лорианом Найтгардом и являлась угрозой, с которой следовало считаться.

Но у нас было наследие шанаров и поддержка Богини Смерти, которая выпустила в мир очередное поколение монстров. Пока что они подчинялись нам, но я не сомневалась, что рано или поздно отец пожалеет о цене, которую ему пришлось заплатить за могущество.

Я ненадолго задержалась за дверью, не решаясь войти. За последний год я избавилась от остатков прежней Райны, которая замирала при звуке голоса своего отца, но то, что происходило, мне не нравилось.

Судя по голосам, что доносились из-за приоткрытой двери, отец был в кабинете не один.

– Думаете, она согласится? – спросил кто-то.

– Как будто мне интересно ее мнение. Сделает, что я ей скажу, иначе окажется там же, где и ее бесполезная мать.

Что?

Я закрыла рот ладошкой, чтобы не вскрикнуть.

Моя мать погибла. Ее растерзали Драконы. Именно за это отец так их всех возненавидел и поклялся уничтожить.

Получается, он мне солгал?

Чем дольше я стояла, тем больше была вероятность вызвать на себя гнев отца. Тихо постучавшись и дождавшись приглашения, я вошла в кабинет, освещенный единственным настольным светильником. Отец сидел за столом, и я присела в неглубоком книксене, как того требовали приличия.

– Проходи, дочь моя, – голос моего родителя, как всегда, прозвучал сухо.

Ослушаться я не могла. Прошла вперед и опустилась на небольшой диванчик, что стоял у окна. Отсюда открывался прекрасный вид на залив, и в другое время я бы с удовольствием полюбовалась на отражения звезд в неспокойной воде, но в моей душе начала подниматься буря.

Отец действительно был не один. На стуле для посетителей сидел незнакомый мужчина, который встал при моем появлении и тут же опустился обратно.