Пятая печать

Подлые журналюшки назвали их власовцами, хотя это оч-чень, оч-чень глупо, потому что были они солдатами не власовской, а немецкой армии – Вермахта!

Надо было назвать их «смысловцами» – по фамилии командира самого первого батальона русских добровольцев, пополнивших немецкую армию, – капитана Смысловского. Носили они оч-чень, оч-чень почетную в вермахте военно-полевую форму немецких солдат и были солдатами Вермахта русской национальности. А статус солдат РОА был сложнее… армия Власова входила в КОНР, но солдаты РОА носили форму Красной Армии.

На правом рукаве у них была полуовальная нашивка с изображением трехцветного, либо Андреевского, флага. Сверху на полуовале – три буквы: РОА. Знаменем Русской Армии был русский триколор. Все командование РОА было из русских офицеров и…

Глава 10

Тут Виктор вдруг умолкает и неожиданно сообщает:

– Видел я полк Русской Армии на параде.

– И-иди ты! – вырывается у меня забытое детское выражение. Тут же понимаю я, что это какая-то шутка, – в те годы Виктор мог быть на параде только пионерской дружины.

– Было дело… – держит паузу Виктор, подзуживая недоумение, и продолжает: – собирал я материал в Пражском архиве для диссертации и раскопал пачку фотографий с названием: «Парад. 1945». Взглянул: ого! – но не то… – лица не советские… без затравленных взглядов. Присмотрелся – понял: в архиве фотографии по недоразумению, так как должны быть уничтожены, как уничтожено все, что касалось РОА. Оч-чень, оч-чень может быть кто-то в архиве их припрятал… временно.

И были на фотографиях марширующие батальоны и роты и крупно – лица правофланговых. Знамя было видно плохо – ветра не было… но нашивки на рукавах видны… Работая в архиве, не раз я возвращался к тем фотографиям. Разглядывал, думал…

* * *

Власов упустил возможность для того, чтобы РОА геройски завершила вторую мировую ещё в сорок четвёртом… Эта история сейчас мало кому известна в мире, а в России – тем более. Я расскажу то, что…

За лесом полыхнула зарница.

– Ребята, штормовой аврал! Разговорчики – на завтра! Шмотки, шамовку – в палатки! Посуду, растопочку – под байдарки! Байдарки – под растяжки! – Выдаю я программку подготовки к грозе с бурей. И так понятно, что к чему и почему: все мы бродяги бывалые. И среди равных я – всех равнее… по своему горькому опыту. Должен быть среди говорящих один непререкаемый. Иначе и схоженная группа, не уйдет дальше первого привала.