Мастер. Книга вторая

– Где?! – переспросил, еле сдерживая себя.

– В караоке, в центре на Горького…

Не дослушав, я развернулся через две сплошные и рванул к ней. Меня раздирало от злости. Ярость точила, заостряя нервы. Сердце вместе с двигателем набирало обороты.

«Я схожу с ума от угрызения совести, меня разрывает на кусочки оттого, что доставил ей очередную боль. А она, бл…ть, веселится! Всю душу перед ней вывернул, а она песни поёт, сука!»

Бесит, как же сильно она бесит меня! Но так же сильно и тянет к ней. Тянет так, что даже страшно.

Я подъехал к караоке. Водителя отправил на своей машине отдыхать, а сам остался.

Зашёл внутрь. Было не очень шумно и, на удивление, не людно. Прямо по центру сидела Ника с подругами. Меня они не увидели. Они увлечённо о чём-то говорили, можно даже догадаться, о чём. Я постоял с минуту и пошёл в машину.

***

Допивая какую-то там по счёту бутылку шампанского, мы решили, что пора по домам.

– Всё, поём одну песню и уходим, – сказала Алёна. – Я устала. У меня ещё брови завтра.

– Как? Уже? Я только вошла во вкус. Одни сопливые песни пели, – расстроилась Вика. – Давайте что-нибудь весёлое споём.

– А какие ты хотела? У нас вон, – Алёна показала на меня, – страдалица. Поэтому и песни такие. Тебя вообще Мишаня ждёт с пивасиком.

– Вероника, всё, бери телефон и пиши своему Максу, что всё обдумала, простила и хочешь его, – сунула мобильный мне в руки Алёна.

– Нет, ты что, с ума сошла?! – хоть и нетрезвая, я сообразила, что нельзя поддаваться на такой соблазн.

– Ну, это же по классическому сценарию: он тебя обидел, ты поплакала, напилась, простила и трахнулись.

– Знаешь, у нас с самого начала не классические отношения, что уж сейчас начинать жить по книжке. Я его прощу, конечно, но пусть помучится.

– Молодец, Вероника! Первая мудрая мысль за вечер, – поддержала меня Вика.

Алёна взялась за голову.

– Как у вас всё сложно! Сами себе проблемы создаёте.

– Всё, поехали. Я устала, – сказала я.

Мы рассчитались.

– Девочки, главное, держаться уверенно и вместе, – подытожила Вика, – чтобы если падать, то не одной.

– Вика, ты всё-таки пиво дома уже не пей, – забеспокоилась я. – Это будет лишним.

– Вероника, ты что, нет, конечно. Мне бы до кровати доползти.

Мы вышли на улицу и стали обниматься и целоваться. Этот ритуал соблюдали всегда после нашей душевной терапии.

– Девочки, как я вас люблю! – сказала, обнимая их. – Вы у меня такие разные и такие классные!

– И мы тебя любим, Вероника.