Мастер

Я ничего не ответила, лишь обратила внимание, что на столе в ожидании стояли два бокала под шампанское и бутылка Louis Roederer Brut Vintage 2012 года в ведре со льдом.

«Всё-таки запомнил», – подумала улыбнувшись.

Макс отложил своё занятие, подошёл к столу, чтобы открыть шампанское.

– Хочешь, расскажу одну забавную историю, которая приключилась со мной, когда я уже не был подростком, но и ещё не стал мужчиной?

– Нет, не хочу.

– Так вот… как уже сказал, это было в годы моего перевоплощения из скромного юноши в нынешнего себя.

Я был молод, глуп и, как все пацаны, неопытен, но очень хотел производить впечатление на девушек.

– Удивительно это слышать. Я думала, ты уже родился со щетиной, томным взглядом и хрипотцой в голосе.

– Рад, что заметила.

«Лучше бы не говорила».

– Так вот, однажды я пригласил одну юную особу на свидание в ресторан. И всё шло как по маслу, ни малейшего намёка, что что-то может пойти не так. Пока, – он выставил указательный палец вперёд, – моя спутница не заказала шампанское.

И всё бы ничего, даже это не повод паниковать. Но когда принесли бутылку и официант решил выполнить свои прямые обязанности – открыть её, моя дама совершенно ненавязчиво произнесла: «Максим, может быть, ты сам откроешь?» – «Конечно», – ответил я, не подав виду, что ни разу в жизни этого не делал.

– Неужели ты оплошал? – мне уже стало интересно, и сама не заметила, как улыбка украсила моё лицо. – Не верю, – я поднесла правую руку ко рту.

– Смеёшься? – прищурив глаза, спросил Макс. – А мне было не смешно. Я… взял бутылку и, вспоминая, как это делали другие люди, сперва не спеша освободил от фольги, – рассказывая, он повторил это действие. – Потом медленно снял мюзле, – он продемонстрировал и этот процесс, – тогда это для меня была просто проволока. Держа бутылку вот так, – он направил её на себя, – резким движением, не придерживая пробку, от всей души её сорвал.

Я замерла, раскрыв глаза…

– И?

– И представь себе, эта пробка со всей дури прилетела мне в лоб.

Прямо вот сюда, – он показал пальцем на середину лба.

– Макс, не может быть, – моё удивление перешло в смех.

Сейчас он был другим Максом: весёлым, беззаботным, с добрыми, ласковыми глазами.

Он очень аккуратно открыл наше шампанское, лёгкие пары нежным шлейфом вылетели из горлышка.

– И что было дальше?

– О, а дальше интереснее, – сквозь смех проговорил он.