12 моментов грусти. Книга 1. Июльское утро

Кинжал

Павел Романович увлекался коллекционированием. В книжном шкафу стояли альбомы марок, среди которых имелось немало ценных и попросту уникальных. Бесчисленное множество поздравительных открыток заполняли специально отведенные полки, где они были сложены по тематикам. На видном месте в серванте красовались модели самолетиков времен Второй мировой войны, и еще имелся огромный альбом с мягкими страницами, где были приколоты значки со всевозможными кораблями, яхтами и парусниками. Яна обожала рассматривать их, и вечерами они с дедушкой часто перебирали коллекцию, обсуждали и спорили, как все правильно разложить.

А еще у дедушки имелся немецкий кинжал со стертой фашистской свастикой. Когда Яна была еще совсем маленькая, она случайно нашла его в шкафу среди постельного белья и была страшно удивлена.

Сколько Яна ни приставала с расспросами об этом кинжале, Павел Романович всегда отмалчивался, но однажды он все же рассказал его историю.

– Деда, ну, расскажи, откуда этот кинжал? – в очередной раз пристала Яна.

– Это секрет, это тайна, которую я не могу никому рассказать, – ответил дедушка. – Ты умеешь хранить тайны, Яна?

– Да, конечно, – поспешила заверить его внучка. – Я обещаю, я умею хранить тайны.

– Видишь ли, я эту историю никогда никому не рассказывал и об этом кинжале не знает ни одна живая душа. Хранение холодного оружия незаконно. А этот кинжал является холодным оружием. Ты понимаешь это? – еще раз спросил дедушка.

– И даже бабушка и мама не знают? – удивилась Яна.

Глаза ее расширились и заблестели от любопытства.

– Да, детка, даже они не знают…

Яна вздохнула и решила уже, что дед сейчас вдруг передумает, но тот, внимательно посмотрев на нее, начал свой рассказ.

– Я был тогда еще совсем молодым, только окончил летную школу и получил диплом штурмана. Когда началась война, мы летали на бомбардировщике торпедоносце «ИЛ-4». Вот, видишь фигурку этого самолета? Мы их нежно называли «Илюшами».

– Деда, а какое звание у тебя было?

– Я был капитаном, детка!

– Когда я была совсем маленькая, то думала, что капитаны могут быть только на флоте и представляла тебя на большом белом пароходе или на паруснике с распущенными парусами типа нашего «Товарища».

На фотографиях у тебя такая великолепная белая форма и ты такой молодой и красивый! – Яна улыбнулась, взяла фигурку самолета, повертела в руках, внимательно рассматривая.

– Вот, видишь, – продолжал дедушка, – это кабинка штурмана, то есть моя.