Польские паны

То было священное место и никто, кроме хозяина не вставал за стойку, хоть и говорят «свято место пусто не бывает», но не в этот раз. Для стойки шинкарь выбрал боковую стену мазанки с двумя слепленными окошками, которые тоже были украшены занавесками, как и везде, но на подоконнике, общем для обоих окошек однако стояли не цветы, а красивые пузатые бутылки с различного оттенка и вкуса изумительными наливками. Их пан Пузо покупал для шинка непосредственно у пана Рудого – лучшего винокура и изготовителя всяких хмельных зелий на любой манер.

Слева от окна стоял старинный темного дерева резной буфет с ключом, в который хозяин запирал привозные вина и «кассу». «Касса» же представляла собой большую круглую жестяную банку из-под монпансье, покрытую черным лаком и расписанную поверху на китайский манер серебряными и красными драконами. Эту монпансье пан Пузо подарил своей жене Гале на пятилетие их совместного брака. Теперь давно опустошенная банка пригодилась для «сборов», которые шинкарь каждый вечер аккуратно подсчитывал, складывал столбиками, завертывал в тряпичную полоску и уложив в «кассу», запирал в буфет.

Справа у стены через оконные проемы высилась ажурная винная стойка, в которой покоились в надлежащем положении темные бутыли. Над нею на стене висела удачно слаженная певучая бандура. Висела так, чтобы можно было в любой момент снять ее, тронуть струны и утолить душевную тоску по прекрасному.

Бочки же с крестьянским напитком располагались по правую руку от шинкаря, и одна из них – маленькая с краном была водружена прямо на прилавок.

Сам пан Пузо восседал на высоком стуле в центре всего этого великолепия и правою рукою разливал свежее пиво в глиняные кружки страждущих и алкающих. Пиво во Вралях было свое, ячменное с хмелем. Варили его осенью на пивоварне у пана Озерка, но как-то больше сообща. Однако рассказ о пивоваренном деле пойдет у нас отдельный, а пока в один благословенный вечер войдем-ка вместе под своды белой мазанки на окраине села и послушаем…

История Вторая.

Как пан Рудый и пан Пузо беседовали в шинке.

По свежему вечернему морозцу пан Рудый поспешал в шинок на окраине, чтобы засвидетельствовать свое почтение старому другу пану Пузо. До калитки за ним увязались поросята, но пан Рудый шикнул на них, и они обиженно потрусили назад в сарай.

От домашнего уютного очага оторвался пан с большой неохотой, ибо стал он с некоторых недавних пор завзятый домосед и хозяйственник.