Бескостный. Книга 2. Путь войны

Миг, другой, и вот статуя уже как две капли воды похожа на покойного Торсо. Тот же мясистый нос, те же крупные губы и близко посаженные глаза.

В следующее мгновение они распахнулись, двумя бездонными озерами взглянув на Шейла.

Он выругался, отшатнулся было, но тело не слушалось – мышцы сковал камень, и теперь он мог лишь наблюдать.

– Ты проделал долгий путь, Шейл, – произнесла статуя знакомым голосом.

Страж.

Зубы непроизвольно стиснулись, издав скрежет. Ненависть ярким пламенем вспыхнула в груди, Шейл рванулся было – но тщетно: невидимые путы держали надежнее любых цепей.

– Даже если я дам тебе свободу, ты все равно не сможешь навредить мне, – спокойным тоном сообщил страж. – Ты всего лишь человек. Хотя, вынужден признать, что твое применение метки…любопытно. Владыка доволен.

– Что ему нужно от меня? – прохрипел Шейл, удивившись тому, что способен говорить. Вероятно, пожелай страж – он бы лишился даже голоса. – Для чего эта метка?

– В ней нет ничего особенного, – в голосе стража послышалась насмешка.

Руку обожгло нестерпимой болью. Шейл закричал, чувствуя, как невидимые когти раздирают кожу и плоть на части, проникая внутрь, касаясь костей, ломая, кроша на мелкие осколки.

Вспышка боли оборвалась внезапно, вновь оставив его изможденным и в поту. Шейл рухнул на пол, с трудом вдыхая затхлый воздух подземелья и чувствуя, как по руке вниз течет что-то теплое.

Метка разрослась, теперь от круга вверх по руке пошли отростки, похожие на шипастую лозу. Они сплетались в единую плеть, чтобы потом, у локтя, разойтись в разные стороны. Кроме этого, добавилось еще кое-что новое.

Теперь узор был словно вырезан в его плоти и светился темно-красным.

– Что это за дерьмо? – прошептал Шейл, коснувшись обновленной метки пальцами. Острая боль пронзила руку от кончиков пальцев до плеча, выбив из груди крик и швырнув юношу на пол.

– Тебе лучше беречь этот рисунок, – вкрадчиво посоветовала статуя. – Мой повелитель не любит, когда портят его подарки. Кроме того, тебе следует помнить, что от этой метки зависит теперь твоя жизнь.

Шейл бросил на статую взгляд, полный ненависти. Ярость клокотала внутри, требовала выхода, но разум усиленно пытался её подавить. Бессмысленно кидаться на каменное изваяние, так он ничего не добьется.