Бескостный. Книга 2. Путь войны

– Ну, извини. Ляпнула первое, что пришло в голову.

– Какой же бардак у тебя там творится, – притворно вздохнул юноша, и снова получил тычок под ребра.

Зея появилась буквально через пару минут, переодетая и довольная. Уже втроем, они направились к выходу из гильдии, но присутствие в их компании двух привлекательных девиц заставляло окружающих провожать маленький отряд взглядами. Некоторые здоровались с Ари, желая поболтать, другие пытались задержать Зею, обещая двойную плату за услуги личного характера.

Шейл морщился, но молчал, понимая, что лишний шум тут ни к чему. И, отвлекшись на очередного мужика, подкатывающего яйца к Ари, он слегка врезался в кого-то, оказавшегося на пути.

Повернув голову, Шейл увидел перед собой высокого, под два метра, мужика в доспехах, на чьем лице явственно читалось недовольство.

– Эй, малец, смотри, куда прешь! – прогрохотал мужик, грубо пихнув Шейла ладонью в плечо. Юношу слегка закрутило на месте и он, чтобы удержать равновесие, зацепился за что-то упругое и мягкое.

В зале повисла гробовая тишина. Собравшиеся молча наблюдали, как замерший Шейл медленно убрал руку и повернулся к здоровяку. Лицо того наливалось кровью, а из ноздрей, казалось, вот-вот пойдет пар.

Кроме прочего, Шейл затылком чувствовал злой взгляд Ари, которой такое положение дел вовсе не понравилось.

Первым не выдержал здоровяк.

– Ах ты сука! – рявкнул он и замахнулся для удара. Шейл пригнулся, пропуская слишком широкий выпад, но от резкого движения капюшон слетел с головы.

И это значило лишь одно.

Проблемы.

– Бежим, – рявкнул он, схватив за руку Зею, и помчался к выходу. Загремели отодвигаемые стулья, зазвенели вынимаемые из ножен клинки – авантюристы были не прочь подраться и заработать на его голове.

И несколько из них уже закрыли проход, довольно скалясь. Шейл выругался и потянул меч из ножен. Время упущено.

Придется драться.

Он без замаха вонзил клинок в живот ближайшего воина, провернул, выдернул, расплескивая кровь и часть кишок, затем, пригнувшись и едва не расставшись с головой, рубанул наискось, перерезая руку в плече. Брызнувшая в лицо кровь не добавила радости ни у него, ни у бойцов.