Тайны академии драконов, или Демон особого назначения

В ту пору я искренне любила «доброго» дядюшку, у которого в кармане всегда были припасены для меня сладкие орешки в сахарной глазури, завёрнутые в золотистые обёртки с изображением различных диковинных зверюшек. Но эти дни давно прошли, и теперь я точно знала, что ради власти и трона он пойдёт на всё.

– Значит, наставлять демону рога вы не собираетесь, – от знакомого голоса, внезапно раздавшегося за спиной, перехватило дыхание, и ледяные мурашки волной прошлись по позвоночнику, – что ж, это радует.

– Подслушивать чужие разговоры не прилично, – чуть повернув голову, ответила я, пытаясь унять колотящееся в груди сердце.

– Как и подсматривать за чужой личной жизнью, – не особо церемонясь, отрезал младший Этмар.

– Я и не подсматривала, – повернувшись к будущему мужу, без страха взглянула в его льдистые глаза, которые с каждой секундой становились всё темнее, грозясь посоперничать цветом с ночным зимним небом, усыпанным звёздами.

– Неужели? И что же вы делали в библиотеке ночью? – усмехнулся демон, сложив руки на груди.

– Именно, – в тон ответила ему, – люблю, знаете ли, почитать перед сном что-нибудь интересное.

– Занятная привычка, буду иметь в виду, – улыбка коснулась чётко очерченных мужских губ.

– Уж будьте любезны, не хотелось бы в один прекрасный вечер застать вас в подобном месте со спущенными штанами в компании какой-нибудь очаровательной демонессы.

– Пытаетесь меня унизить? – От Рэймона пахнуло холодом, пробравшим, казалось, до самых костей.

– Вовсе нет, просто предупредить, – стараясь сохранять показное спокойствие, произнесла будничным тоном, – предательства я не прощу, имейте в виду, и в порыве ярости вполне могу обратиться в дракона и откусить вам голову. Не хотелось бы потом лишних сложностей – несварения, например, кишечных колик или чего-то подобного. Мало ли, вдруг вы ядовиты.

Мужчина с минуту смотрел на меня нечитаемым взглядом, а затем расхохотался. Вы когда-нибудь видели смеющегося демона? Мне, если честно, ещё не доводилось.

Подобной наглости моя не в меру ранимая гордость уже вынести не смогла. Ну и пусть смеётся. Подумаешь, тоже мне важный гусь. Посмотрим, за кем останется последнее слово.

Развернувшись, я собиралась покинуть бальный зал, когда горячая ладонь легла на мою талию.

– Нитаниэль, позвольте пригласить вас на танец, – правого уха коснулось прохладное дыхание, запуская очередную волну мурашек по телу.