12 моментов грусти. Книга 3. Каравелла всех надежд

– Хорошо, – с готовностью сказала Светкина мама, к великому недовольству Чучи. – Чай с пирожными будете пить потом.

Наконец они остались в Светкиной комнате одни.

– Давай разложим тетрадки и книжки, на всякий случай, если мама зайдет, – предложила Чуча.

– Я все сделаю сама, – нетерпеливо подтолкнула ее Яна. – Только рассказывай.

– Я была в «Белой Акации» с Викой Луневой и ее подружкой, мы зашли туда перекусить. Заказали бутерброды, дай припомню, с чем… – Чуча остановилась, собираясь с мыслями.

– Ну, ну, говори, что дальше, – Яна уже теряла терпение.

– Так вот, зашел Роберт…

Яна вся подалась вперед.

– Ты знаешь, а я-таки не помню, с чем были бутерброды, – совершенно искренне улыбнулась Чуча.

Яна еле сдержалась, чтоб не стукнуть ее.

– С кем он был? – быстро спросила она.

– Он был один, но Людка, гребчиха, такая здоровая, ну ты ее знаешь по городу, все время цепляла его…

– Ну а он, как он на это реагировал? – с нетерпением спросила Яна.

– Никак, просто отошел от нее, – Чуча нервно соображала, как помягче передать главную часть разговора с Викой.

– Ну, и это все? Роберт очень избирательный. Людка никогда бы ему не понравилась, – с облегчением вздохнула Яна и откинулась на спинку стула, расслабляясь.

– Ты все же будь осторожна, она на Роберта глаз положила и о тебе выспрашивала. Может полезть разбираться, она грубая как пацан, – предупредила ее Чуча, а сама думала: как сказать? Как же сказать?

– Яна, ты же знаешь, что он спал с Наташкой и с Дашкой? – выпалила Чуча и опустила глаза.

– У меня были подозрения. Но… нет, я не верю.. А ты откуда это взяла? – спросила Яна и поморщилась, этот разговор был ей ужасно неприятен.

– Вика сказала, она знает это от Наташкиной подруги и Дашкиной не то сестры, не то соседки, я уже и забыла. А еще говорят, что он трахается с какой-то тридцатилетней теткой, у которой есть ребенок…

– С Женей!? Не может быть! Нет, это не правда…. Но всех этих сплетен я не переживу! – прошептала Яна, побледнев и меняясь в лице.

Чуча обняла ее и тоже заплакала.

– Яна, он тебя любит, но боится трогать. А он же уже взрослый, ему аж девятнадцать лет, мужчина-а-а все же, ему надо… – всхлипывала Светка

Яна безутешно рыдала у нее на плече. Дальше все было как во сне: они что-то писали в тетрадке, Яна спешила, ей хотелось как можно быстрее остаться одной.