S-T-I-K-S. Шпилька

Фантазия мгновенно нарисовала Шпильке невероятно приятную картину – вот шарик прорывает сухую серую кожу, вламывается в переплетение нитей, которыми заполнен споровый мешок, рвёт их в клочья, и уходит дальше, к позвоночнику твари. Видение оказалось настолько красочным и ярким, что Шпилька не удержалась, представила, представила ещё и перебитый позвоночник, разорванное горло, хлещущую во все стороны кровь.

Рубер захрипел и обмяк. Медленно осел на пол микроавтобуса, словно сопротивляясь неминуемому, положил голову на рваный борт.

Шпилька не поверила своим глазам. Неужели получилось?

Эйфория была недолгой, вдалеке вновь раздалось урчание. Шпилька – откуда только силы взялись? – подорвалась с места. На ощупь отыскала мачете, мимолётно порадовавшись, что клинок не сломался из-за неудачного удара. С сожалением посмотрела на труп рубера – нет времени вскрыть споровый мешок, а ведь добыча обещает быть богатой, эта тварь явно поразвитей топтуна.

Но жизнь всё равно дороже.

Шпилька выбралась из микроавтобуса, подхватила рюкзак, карабин и дробовик, пошатнулась под их весом, но бросать не решилась.

– Лайма, – шёпотом позвала Шпилька. – Пойдём. Попробуем спрятаться и зализать раны.

Она рассчитывала вернуться к частным домам, вломиться в первый же, порубить заражённых, если они там будут – как-как, как-нибудь! – и пережить ночь хотя бы в относительной безопасности.

Как ни странно, всё получилось. И даже с домом повезло – ближайший оказался мало того, что открыт, так ещё и пуст. То ли хозяева покинули его в самом начале перезагрузки лондонского кластера, пока ещё были людьми, то ли, уже превратившись в заражённых, оказались достаточно сообразительны, чтоб надавить на дверную ручку.

«Скорее, второе», – подумала Шпилька, вспоминая свой подъезд и распахнутые настежь двери квартир.

Тогда, ничего ещё не зная про Улей, она подумала на эвакуацию, которую она спьяну проспала. А теперь понимала – ей невероятно повезло не только оказаться иммунной, но и проспать тот кошмар, что начался в Москве после того, как туман рассеялся.

Дверь Шпилька, разумеется, заперла. Проверила окна – все ли закрыты. И забаррикадировалась в небольшой комнате на втором этаже, с чистой на вид кроватью и окном, выходящим на улицу, по которой шла днём.