S-T-I-K-S. Шпилька

Шпильке, чтоб пешком добраться до базы спасших её рейдеров, нужно было кое-что ещё. Поковырявшись в витринах торгового зала, она нашла ключ от складских помещений. В них обнаружился ещё один медляк. Первой забеспокоилась Лайма – овчарка вздыбила шерсть на загривке и заворчала, уставившись в дальний угол помещения.

Заражённого Шпилька зарубила своим новеньким мачете, не испытав при этом никаких угрызений совести – только немного удивилась собственной кровожадности. И пошла копаться в расставленных на стеллажах коробках.

Как и ожидалось, помимо оружия в них оказалось ещё много чего интересного. Например, Шпилька разжилась новеньким рюкзаком взамен оставшегося в машине, и спальным мешком. А в довесок – камуфляжными штанами, курткой с кучей карманов и высокими ботинками на шнуровке.

Дело оставалось за малым – найти еду и воду. А ещё – какой-нибудь алкоголь для приготовления живчика.

Продуктовый магазин самого что ни на есть затрапезного вида был на противоположной стороне дороги. Вот только проблема – безлюдная ещё полчаса назад окраина кластера ожила.

У входа в охотничий магазин ошивались сразу три медляка. У продуктового бродили двое. На вид – неразвитые заражённые без споровых мешков. Значит, тупые и особой опасности не представляют, но кто знает, не прячется ли за каким-нибудь углом тварь посерьёзнее.

Но выбора, выходить или остаться тут, у Шпильки не было. Конечно, выходить. И валить как можно быстрее на какой-нибудь спокойный кластер.

Но еды набрать всё равно надо.

– Лайма, – позвала Шпилька, и овчарка послушно уселась у ног.

 – Погоняешь пустышей, чтоб они на меня всей кучей не навалились?

И потрепала собаку за ушами.

Овчарка посмотрела на Шпильку подозрительно разумным взглядом, словно могла понять смысл сказанных слов.

– Тогда вперёд, – с отчаянной лихостью бросила Шпилька, вынимая из ножен мачете. – Попробуем обойтись без лишнего шума.

Парочка, ошивавшаяся возле охотничьего магазина, на любезно открытую Шпилькой дверь отреагировала, как и положено, довольным урчанием.

«Какой же мерзкий звук, – подумала Шпилька. – Совершенно неестественный для человеческого горла».

Лезвие с односторонней заточкой свистнуло и с чавканьем проткнуло шею первого пустыша. Второй, не обратив внимания на безвременную кончину собрата, протянул руки – и тут же их лишился, оставшись с кровоточащими обрубками. Проверять, чувствует ли заражённый боль, Шпилька не стала, рубанула снова.

Овчарка, тем временем, с упоением носилась по парковке.