Мечом и любовью

Она вела себя, как настоящий парень, просто и свободно, говоря на любые темы и отвечая на любые вопросы. Иногда Ремм просто забывал, что под грубой мужской одеждой прячется нежное женское тело. – Хммм… До сих пор никто не жаловался… – ответил он.

– Сегодня ночью я это проверю, – безапелляционно и буднично заявила девушка, словно сообщала о чём-то обыденном. – Если мне понравится, мы сможем стать по-настоящему близкими друзьями…

– Э-э… Ты серьёзно? – опешил Ремм.

– Ты мне нравишься.

– Э-э… Хммм… Тогда с нетерпением буду ждать ночи.

Алоис подняла голову и заглянула в глаза мужчины. Её губы чуть изогнулись в улыбке.

– Надеюсь, ты не разочаруешь меня.

– Кхм… А ты знаешь, что многие наёмники обожают юных красивых мальчиков, вроде тебя?

– И что?

– Я к таким не отношусь, и не хочу, чтобы другие подумали о нас нечто подобное… Если ты не против, давай прикидываться родственниками, например, дядей и племянником.

– Хорошо, дядя Ремм.

Девушка схватывала всё на лету.

Устроившись, они спустились в «едальню» и заказали обед. Время было как раз обеденное, и в зале толпился народ. В основном, наёмники, несколько мелких торговцев и ремесленников, пара рыбаков и с десяток грузчиков с пристани. Отыскав свободный угол стола, Ремм и Алоис уселись и подозвали служанку.

– Чего вам? – мило улыбнулась девица, облокотившись о стол и строя глазки Алоису. При этом широкий ворот её небрежно завязанной рубашки сполз, оголив довольно пышную грудь.

Алоис бросил на грудь девушки оценивающий взгляд и улыбнулся.

– А в этой забегаловке есть выбор, красавица? – поинтересовался.

– Конечно, красавчик, – парировала девушка. – Есть рыба, есть мясо, есть жареные и тушеные овощи, есть пироги и свежие булочки, есть вино крепкое и сладкое, и даже есть молоко для малышей…

За столом послышался смешок, а один рослый иллариец, сидевший на противоположном конце стола, громко произнёс:

– Так его, Селия! Пусть не оскорбляет это почтенное заведение!

– Превосходно, – невозмутимо ответил Алоис.

Вновь послышался смех, на этот раз более откровенный.

– Ты такой большой, а до сих пор слушаешься мамочку? – вновь произнёс всё тот же здоровяк.

– Мою маму нельзя ослушаться, она очень строгая, – ответил Алоис.

– И где же твоя строгая мамочка?

– Дома.