Халявные баксы

Но с Сергеем Логиновым я говорил о трех жаждущих попасть в артель. Получается, что неправильно информировал изначально. Неудобно, и для меня неприятно – не привык людей обманывать. Нужно найти еще хотя бы одного человека. Два – если и не три, то все же лучше, чем один.

Заручившись согласием Владимира, я побежал в гараж к приятелю не из геологического цеха, с которым давным-давно связан совместной охотой, рыбалкой и всеми присущими им страстями. Дока, т.е. Евдоким, в партии трудится механиком, но не в пример некоторых технарей новое место работы пока не подыскал по той же причине, что и я: оба не можем существовать без степи, гор, горушек и сопок.

Без возможности наслаждаться, причем постоянно, общением с дикой природой и ее обитателями.

Пришлось по гаражу немного побегать, прежде чем Дока появился на горизонте. Я тут же рванул за ним, и успел схватить за руку, прежде чем приятель шмыгнул в каптерку. Он резко обернулся, и лицо расплылось в улыбке:

«Ты, слава богу! А я подумал, что м…ку этому – Николаеву – понадобился! Заколебал сегодня окончательно! То то сделай, то это! Словно у меня десять рук!»

Николаев – бывший несостоявшийся геолог, сейчас главный инженер партии.

Человек вредный, злопамятный, за что нелюбимый почти всеми и мной в первую очередь. Поэтому всегда сочувствовал Доке, у которого Николаев прямой начальник.

«Не переживай», – утешил приятеля, – «он перед закрытием партии выпендривается. Ты-то место себе найдешь, с техническим образованием, а ему что делать? Он же геолог, причем несостоявшийся, и как инженер кроме партии нигде не нужен!»

«Это точно», – с удовольствием согласился Дока, и поинтересовался, – «а я тебе зачем?»

«Для разговора серьезного», – заинтриговал мужика, – «давай-ка в конуру твою пройдем, что бы не мешали нам.

»

В каптерке я выложил разговор и с Игорем Георгиевичем, и с Сергеем Логиновым. И о малой-малой надежде на трудоустройство его в артели, если, конечно, на то есть желание.

Приятель слушал меня внимательно, все больше и больше возбуждаясь. Наконец я замолчал, а Дока забегал по каптерке, крутя головой и размахивая руками:

« Я давно от этого долбаного Николаева уйти хочу!» – начал он изливать душу, – «Но куда? В городе, как и ты, работать я не смогу. Без всего этого,» – он показал рукой на окошко, и я понял: «без всего этого» – это без степи, гор, озера, без охоты и рыбалки, Ну как и я, один к одному.