Мата Хари. Танец любви и смерти

Короче, давай быстрее! Не заставляй гостей ждать!

– Я не могу! – Отрицательно затрясла головой Маргарета, у которой подозрительно заблестели глаза.

Схватив пуховку, она начала судорожно поправлять грим, словно пудра могла скрыть ее страх от нетерпеливых глаз ее любовника. Слишком многое было поставлено на карту, и Маргарета боялась краха своей мечты больше, чем голодной смерти.

Молье понял, что если сейчас не предпринять решительных мер, то все его труды пойдут насмарку. Взяв девушку за подбородок, он ласково повернул ее голову так, чтобы заглянуть ей в глаза, и в следующую секунду отвесил ей звонкую пощечину.

– А ну пошла быстро!

Как ни странно, оплеуха оказала на Маргарету успокаивающее действие. Непролитые слезы мгновенно высохли в ее глазах, и, судорожно вздохнув, она поднялась со своего места.

– Как скажешь, дорогой, – покладисто согласилась она, направляясь на импровизированную сцену, только в ее карих глазах замерцал мстительный огонек: в это мгновение Молье потерял свою любовницу навсегда.

Пройдя по коридору, Маргарета вышла в полумрак зала, где ее уже ждали полсотни зрителей. Слева от нее Молье соорудил нечто, напоминающее алтарь, в центре которого стояла небольшая деревянная скульптура танцующего Шивы. В комнате было душно от приторного аромата курительных палочек, запах которых мешался с духами дам.

Заждавшиеся зрители встретили появление Маргареты жиденькими хлопками. Напряженная, точно струна, танцовщица, кивнула музыкантам.

Те завели жалобную тягучую мелодию, и девушка начала танец. Она плохо помнила все, что произошло дальше. Единственное, что осталось в памяти, это шумные вздохи, которые издавала мужская часть гостей каждый раз после того, как она сбрасывала очередной покров. Когда, наконец, музыка закончилась, и она, почти нагая склонилась перед Шивой, зал взорвался аплодисментами.

К склонившейся в поклоне танцовщице подошел Молье и хозяйским жестом набросил на ее обнаженные плечи расшитый драконами шелковый халат.

Улыбнувшись напоследок возбужденным поклонникам своего таланта, Грета исчезла в коридоре, ведущем в гримерку, а за ней, чуть ли не отталкивая друг друга, бросилось пять или шесть мужчин, но им преградил путь ее спутник.

– Извините, господа, леди МакЛеод сейчас переоденется, и сама выйдет к вам. Будьте, пожалуйста, благоразумны.

Господам ничего не оставалось, как вернуться на свои места, стараясь «сохранить лицо».