Вечно молодые

Его взгляд впивается в меня, изучая и запоминая мои черты лица, хотя я более чем уверена, что он знал и до этого, как я выгляжу. У него тёмные волосы в беспорядке и карие глаза, ближе к черному. Смугловатого оттенка кожа, пухлые губы, где-то недельная щетина, а сам он абсолютно дружелюбен.

– Солдат! – срывает с моих губ и заставляет покрыться стыдом с ног до головы от этого.

Уголок его губ изгибается в понимании:

– Это тебя хотят заставить взять Игоря под крыло? – он протягивает второй бокал. Я оборачиваю свои пальцы вокруг хрусталя, хмурюсь и отвечаю:

– Не уверена…

– Если это будет так, клянусь, мы будем это праздновать.

– Конечно, он же – придурок! – Они вдвоем начинают хохотать, а я смотрю на них как на ненормальных. Я не понимаю, что может быть смешного, если человек безответственный. Все постоянно говорят о нем то с пренебрежением, то с ненавистью, то с восхищением. Но я ни разу так и не встретила того, кому достанется то, что останется от Теодора после нас.

Кирк рассматривает мое угрюмое лицо и протягивает свой бокал с виски, глядя в мои глаза и улыбаясь, со словами:

– Вечно молодые!

От его слов мне на голову выливают ушат ледяной воды.

Девочки со сроком годности, синдром хронического отрицания.

Мне ничего не остается, как улыбнуться и принять его поздравления. Он осушает свой бокал и продолжает меня разглядывать.

– Как давно ты тут?

– Около двух недель.

– И четыре татуировки? – осматривает мои руки, рукава достаточно короткие, чтобы обнажать их, и я достаточно напряжена, чтобы они слегка переливались нежно-бирюзовым светом.

– Как-то само собой получилось!

– Ты не особо разговорчива.

– Может, потому что ты меня раздражаешь? – он усмехается в ответ.

– Продолжай в том же духе, и ты рискуешь ему понравиться.

– Кому?

– Тому, кому ты не захочешь нравиться. – Двусмысленность его фразы лежит даже не на поверхности, а просто передо мной. Предупреждение держаться подальше от его друга-придурка.

– Мел куда-то исчезла. Я поищу ее, ты не против?

– Валяй! Приятно было познакомиться, Сэм. – Он пропевает мое имя. Все тут придают этому большое значение, кроме меня. – Надеюсь, это наша не последняя встреча!

– Да мне некуда отсюда деться, так что, наверняка… – он поднял свой вновь наполненный стакан, и мы еще раз чокнулись.