Ненавижу. Д.О.

Плюс к этому покупать вам рубашки и носки, а также следить за тем, полон ли ваш домашний холодильник, за тридцать тысяч?

То, как она говорила, было больше похоже не на собеседование, а на наезд.

– Тридцать тысяч – это хорошая зарплата. – так, Дима, сохраняй спокойствие, думай о сделке с австрийцами. Успеешь поставить её на место.

– Видимо, другие кандидаты с радостью согласились на неё, раз вы так уверенно говорите.

Вот это напор! А она оказалась не так проста, как я мог подумать.

– Оклад тридцать тысяч, плюс пятьдесят процентов надбавка за повышенный объём работы. – поразмыслив, добавил я. Если она так выбивает себе зарплату, то и с организацией встречи определённо сможет справиться.

– Сорок пять? – переспросила Ирина Ильинична. Интересно, она хочет убедиться или продолжает торговаться?

– Да, и это максимум, который можем вам предложить. – я твёрдо решил поставить точку в нашем финансовом споре. – Восемьдесят тысяч предлагалось за исполнение всех требуемых обязанностей.

– Не могу?

Вот упёртая попалась! Что же, сама напросилась.

– Вы, может, и можете, – я наклонился вперёд, – но Я не хочу этого. – ненавижу грубить женщинам, стараюсь избегать этого. Но сейчас, боюсь, без этого не обойтись. – Вам сорок лет…

– Тридцать девять, – меня в очередной раз перебили, как бы это не вошло в привычку. Но я продолжал, чувствуя, что мои слова способны возыметь нужный эффект.

– Неважно. У вас какой размер? L? 48? 50?

– У меня эмка. 44-46. – что это? Обида в голосе? Приятно осознавать, что я близок к своей цели.

– Вижу, у вас седые волосы.

Не мог не заметить, как Ирина Ильинична зло сощурила свои глаза. Замечательно. А то условия свои собралась диктовать. И я продолжал.

– В вакансии было указано «выполнение личных поручений», а это подразумевает услуги интимного характера.

Выражение тёмно-карих глаз Ирины Ильиничны изменилось.

– А от вас мне такие услуги точно не нужны.

Странно. Последовавшая реакция была не такой, какой я ожидал. Не было даже намёка на то, что она расстроилась. Скорей это было удивление женщины, которую впервые кто-то не захотел. Что она там о себе возомнила?

– Сомневаюсь, что они хоть кому-нибудь нужны. Вы ведь не замужем.