Ненавижу. Д.О.

Но быстро передумал, едва представив себе, как она вскидывает бровь и смотрит на меня так снисходительно насмешливо. А возникшая перед глазами картина, когда она достаёт из ящиков моё нижнее бельё и кладёт его в сумку, заставила меня окончательно отказаться от этой идеи.

Все мои женщины видели моё нижнее бельё сначала на мне, потом на полу (или где придётся), а уж потом в ящиках гардеробной. Да и то не все. И я не собирался этот порядок менять.

Но Ильинична была не моей… не была моей женщиной.

На миг я вспомнил, как моя высокоинтеллектуальная секретарша тает в объятиях моего же недалёкого охранника.

Нет, я никогда не интересовался умственными способностями сотрудников службы моей безопасности. Возможно даже у Олега IQ как у Эйнштейна, что не мешает ему быть полным идиотом.

А как иначе его можно назвать кроме как идиотом? Он прекрасно знал, как я отношусь к интрижкам на работе. Прекрасно знал о последствиях. Ну а если ему совсем приспичило, то, будь у него хотя бы толика ума, шифровался бы, встречался со своей пассией где-нибудь тайно, где их никто не видел бы.

Но нет – целуется на глазах практически у всего города, и не с кем-нибудь, а с моей помощницей! Если бы Иришка меня не остановила, я бы показал им Кузькину мать.

А Ильинична? Оказалась всё-таки второй категории. С австрийцами не прокатило, решила попытать счастья с охранником?

Очередная сцена возникла из памяти. В день приезда австрийцев Ильинична стоит на воротах и воркует с Олегом.

Не показалось мне всё-таки тогда, что он к ней притирается.

От злости даже скрипнул зубами. Надо было сразу с этими двумя разобраться. Подумать только! Она же только начала работать, даже в офисе почти не показывалась. Когда только успела? И почему именно Олег? Ладно, если бы Лойцль или даже Мейер. Ещё можно понять – перспективы и всё такое. Но охранник!

Что она в нём нашла? Купилась на сильное мужское тело? Да, Олег был хорошо сложён, это было одно из требований при приёме в охрану.

Но ведь можно было и получше найти. Или схватила первое попавшееся? И почему она на меня никак не среагировала?

Телефонный звонок вернул меня к реальности.

– Да? – машинально произнёс я.

– Милый, привет. – раздался в трубке почти забытый голос. Альбина? Надо было посмотреть на экран прежде, чем отвечать на звонок.

– Здравствуй. Зачем звонишь? Только говори быстро, я тороплюсь.

– Фу, как грубо… – она тут же надула свои подкаченные губки.