Ненавижу

Туристы толпами шли поглазеть на рынок, но едва оказавшись здесь, становились уже не просто посетителями.

Я не знаю, кто бы смог удержаться и уйти отсюда без покупок. Овощи, фрукты, сыры, хамон и морепродукты, абсолютно всё хотелось купить и попробовать. Голова кружилась от изобилия продуктов и зависших в воздухе запахов. Я держалась за список заказов как за спасательный круг, не дающий мне утонуть в покупках и ограждающий меня от лишних непомерных трат.

Конечно, можно было бы выбрать рынок и подешевле, но в списке под номером один у меня значился хамон, а тут он был, несомненно, самый лучший.

И всё же оказалось, что я пришла на рынок вовремя. Ближе к обеду на рынке стало не протолкнуться. Возле прилавков толпился народ, кафешки были битком забиты. Поняв, что спустя три часа, проведённых на la Boqueria, мне всё же пора уходить, а забрала пакеты с покупками вышла на Ла Рамбла.

После шумного рынка оживлённая улица показалась тихим парком. До четырёх часов было полно времени, которые я могла потратить на прогулку по городу, но с достаточно увесистыми пакетами ноги не шли даже в отель. Ладно, сейчас вызову такси, оставлю покупки в номере и потом уже прогуляюсь.

– Ирина! – я обернулась на голос. Кто бы это мог звать? Или это не меня?

В мою сторону спешила пожилая чета – мои соседи из самолёта. За ними быстрым шагом шёл молодой человек, худой и в очках.

– Ирина, как же мы рады тебя видеть. – я тут же попала в горячие объятия Гузель Асхатовны. – На рынок ходила? – она внимательно посмотрела на мои пакеты. – Тяжело, наверное. Вадим, не стой, помоги. – пакеты тут же перекочевали Вадиму в руки.

– Давай, рассказывай, как ты? Где твой начальник? Это он тебя так нагрузил? – взгляд Рустема Шакуровича был грозен.

– Нет. – поспешила заверить его. – Не совсем. Тут и моё тоже есть. Трудно было устоять. – я заметила, что Рустем Шакурович вглядывается в толпу, пытаясь понять, кто из прохожих мой шеф. – Дмитрий Олегович на встречу уехал. Недалеко от Салоу. А я вот по магазинам хожу. Ходила, можно сказать, я всё купила и до четырёх абсолютно свободна.

– Вот и прекрасно! – Гузель Асхатовна радостно всплеснула руками.