Ненавижу

Нам обоим нужна была эта работа, но каждый из нас был готов отвечать за последствия.

Разумеется, пришлось исключить общение на работе. В курсе были только Влад и Сергей с Олесей. Наши сообщники. Которые, между прочим, тоже рисковали. Особенно Олеся. Мы все переживали за неё. Она же была абсолютно спокойна. Может быть, годы работы в компании сделали её такой хладнокровной. Но раз она не беспокоилась, то, значит, и нам не следовало. По крайней мере, за неё.

Тем более что я точно знала, где мой шеф будет в то или иное время, и могла планировать наши с Олегом встречи в нескольких километрах от него, сводя риск быть застуканными практически к нулю.

Поэтому, когда Дмитрий Олегович отжигал где-нибудь в клубе, мы совершенно спокойно наслаждались прогулкой в парке, кино или же просто сидели в кафе (далеко не из эксклюзивного списка генерального). А наличие в сообщниках Влада помогало согласовывать маршрут.

Чуть больше, чем через неделю нашего знакомства Олег переехал ко мне. А до этого познакомил меня с родителями.

Верней с матерью. Отец Олега бросил семью, когда тому было тринадцать, а Нине – его сестрёнке, всего шесть.

Знакомство с семьёй вышло немного двояким. Меня показывали троим.

Главным экзаменатором, конечно же, была Екатерина Сергеевна. Начитанная женщина, какой только может быть библиотекарь с многолетним стажем. К сожалению, долгие годы работы в книгохранилище плохо сказались на её здоровье и в последнее время всё больше и больше давали о себе знать.

Мама Олега оказалась высокого роста – метр семьдесят два (хотя, с моим-то ростом – каких-то сто пятьдесят семь сантиметров, любой покажется высоким).

При этом она была неширокой кости, с хорошей фигурой, ни капли не испорченной обычной для возрастных женщин полнотой.

Волосы, окрашенные в цвет тёмного каштана, были собраны в пучок. Интересно, какой их цвет от природы? Как у Олега или же он унаследовал их от отца? По бровям Екатерины Сергеевны, аккуратно обведённым карандашом, определить это было невозможно. Но глаза у Олега точно мамины.

Чистый голубой цвет прекрасно контрастировал с тёмными бровями его матери.

Две глубокие морщины на лбу выдавали не только её возраст, но и сколько всего ей пришлось пережить, чтобы в одиночку поставить на ноги двоих детей.

Несомненно, она была милая женщина, если не учитывать то, что она мать моего мужчины. Екатерина Сергеевна была всего на десять лет старше меня (ранний брак, по залёту, так сказать). Я уже предчувствовала её реакцию на меня.