Золото в её крови

Вот только одно дело обещать это на словах, другое же, постараться выполнить на практике. Перебравшись в более тихий район, где, как он надеялся, никто о нём ничего не знал, кем Сид только не устраивался, но честно заработанных грошей, львиная часть из которых уходила на оплату съёмной комнаты и лечение отца, оставшегося прикованным к постели, катастрофически не хватало.

Иногда, когда было совсем уж невыносимо, он, уставший и голодный забирался на крышу соседнего магазинчика, и там, сидя под ночным небом, позволял себе ненадолго помечтать о своей жизни, сложись она немного по-другому.

Он вновь сделал глоток, и удивился, как быстро успела остынуть вода. «Сколько же времени он вот так просидел? Почему Арчи его не позвал?» Вскочив с ящика, юноша сделал шаг по направлению к складскому помещению, когда смутно знакомый, и, никак не ожидаемый здесь голос, раздался откуда-то справа, остановив его на полпути.

– Так-так… Сидни, мой мальчик, мы все уже головы себе сломали, гадая где ты и что с тобой, а ты, оказывается, здесь, да еще в каком виде… Неужели такая жизнь предпочтительнее той, что ты так резко оставил?

Из темноты на свет вышел коренастый крепыш с бычьей шеей и крепкими, местами, сбитыми в кровь, кулаками.

Бутч…

В прошлом профессиональный боксер, после серьезной травмы, полученной в последнем бою, поставившей крест на его карьере, он занимался тем, что продавал свои услуги вышибалы и костолома тем, кто готов был за них заплатить. И нужно сказать, что он не прогадал, так как подобного рода «специалисты» требовались всегда и везде, гарантированно принося ему вполне приличные деньги.

Сид окинул подозрительным взглядом переулок. С недавних пор он не склонен был доверять никому, тем более бывшему подельнику, чьи моральные принципы никогда не отличались особой верностью, позволяя ему работать сегодня на одного хозяина, а завтра, без зазрения совести переметнуться к его конкуренту.

«Какого черта он здесь делает? Как нашёл?»

Жалея, что так и не обзавелся маломальским оружием, он с силой зажал в пальцах кружку, готовый в случае необходимости пустить её вход.

Бута его настороженность только развеселила.