Стерва

Будешь много рыпаться, по миру пущу или вообще депортирую домой к маме с папой".

Ну, сестра моя, конечно, сразу же в слёзы. И тут, вдруг, до неё дошло, что она в этой Америке проклятущей, одна-одинёшенька, поплакаться, и то некому. Вот, и давай она звонить домой почти забытым родственникам, мол, одна, я тут, как перст, присылайте сестру, и жилетку побольше, плакаться буду.

Ну, а что я? Документы она мне выправила, визу оформила. Собрала я свой нехитрый скарб, попрощалась с отцом и матерью, и отправилась в далёкую Америку, сестру из беды вызволять.

А сестра, через столько лет, меня и не узнала. Стоит, ждёт. Я к ней подбегаю, обнимаю, а она мне по-английски:

– Мисс, вы ошиблись, я сестру жду.

Ну, и смеху было! Катька-то с годами, всё больше на мать походить стала, а я на бабку Аксинью, мать отца. Говорят, и характером в неё пошла… коня на скаку? Да, раз плюнуть!

В отличие от сестры, роста я не высокого, хотя и тоньше в разы, да, и шевелюра у меня не светлая, а каштановая с рыжиной. Цвет глаз, и тот у нас разный: У неё зелёный, а у меня отцовский синий.

Вот, стоим мы рядом друг с другом, а у нас ни одной общей черты, будто и не сёстры вовсе.

Ну, Катерина быстро опомнилась, вспомнила, какой я была десять лет назад, признала. А, как признала, так слёзы буйным потоком и полились. Рассказала, как муженёк над ней все эти годы измывался, про его измены, и про то, как приходится терпеть всё это из страха остаться на улице. Единственное, на что она смогла решиться, это, в знак протеста, временно переехать в отель, а вдруг Говард заскучает, и осознает свою ошибку.

Как же, держи карман шире.

Я её, конечно, утешала, как могла, а сама при этом думала, как бы я поступила на её месте. И решение пришло само собой. Катюха, долго сопротивлялась, но от шанса отомстить отказаться не могла.

Мы, конечно, очень сильно рисковали, но попробовать всё же было нужно.

И вот, я, выведав с помощью сестры, где будет обедать неверный родственник, во всеоружии отправилась туда же.

Его, я узнала сразу же. О, единожды увидев подобные уши, их уже ничем из памяти не вытравишь.

Он был не один. Его спутницей была невысокая девица, с платиновыми «а ля Монро» волосами. Симпатичная, но, скажу вам честно, против меня у неё не было никаких шансов. Славянская кровь – не водица.

Я села за столик напротив и заказала мартини. Я заметила, каким заинтересованным взглядом неверный зятек окинул меня с головы до ног. О, да, это была игра по моим правилам.