Шанталь. Шах и мат

Еще с раннего утра представитель знатного рода занял свой наблюдательный пункт возле одной из внутренних колонн собора святой Марии, расположенного на площади Святой Девы, ожидая, когда его избранница, после ежедневной исповеди и горячих молитв, в сопровождении дуэньи пройдет мимо него к чаше со святой водой, одарив мимолетным взглядом всегда опущенных в его присутствии черных глаз. Он уже представлял себе, как опередив их, зачерпнет воду и с вежливым поклоном предложит донье Химене и ее спутнице, а те в ответ коснутся трепетными пальчиками его руки, сделав его самым счастливым смертным, но его чопорная избранница нарушила все планы.

Вместо того, чтобы принять от него столь благородный знак внимания, она подождала, когда сопровождающая ее дама первой коснется руки дона Аугустина, а затем, минуя поклонника, дотронулась до пальцев дуэньи и быстро перекрестилась.

Испытывая досаду и некоторую долю разочарования от столь холодного обращения, дон Аугустин намеренно не предложил красавице руку.

Вместо этого, он с безучастным видом уступил им дорогу, предоставляя возможность первыми спуститься на площадь, в то время как сам, держась на некотором расстоянии, двинулся следом.

Появившаяся на месте античного римского форума площадь Святой Девы была излюбленным местом валенсийцев, часто приходящих сюда для романтических прогулок возле большого фонтана – единственного напоминания о том, что здесь когда-то протекала река Турия, отделяя площадь, как островок, от остальной части суши.

Дамы повернули влево, и дон Аугустин уже собирался было последовать за ними, мимо наспех сооружаемых плотниками помостов, вокруг которых столпилась приличная толпа любопытных, как неожиданно его внимание привлекло появление ангела, медленно движущегося в его сторону. Да-да, именно так и должно было выглядеть, по его мнению, небесное существо, которое, казалось, парило над землей, столь легки и плавны были его движения.

Стоя как вкопанный и абсолютно позабывший о первоначальной цели, он как завороженный следил за тем, как ангел, приняв лик прекраснейшей из женщин, с большим букетом цветов в руках, грациозно приближался к двухэтажной базилике, носящей то же название, что и площадь, на которой она была построена.

Но было что-то, что вносило некую дисгармонию в общую картину, а именно наличие дуэньи и юного пажа сопровождающих прекрасное видение с корзинами цветов в руках.