Шанталь. Против течения

Позиции его покровительницы слабели с каждым днём, тогда как связи её соперницы, мадам де Ментенон, напротив, укреплялись. Её протеже Фагон и так вовсю наступал ему на пятки, претендуя на должность главного личного лейб-медика. Случись что, голова д’Акена полетит первой…

Всё ещё стоя на постели с вытянутыми руками, я остолбенела, когда, едва поднявшись с четверенек, врач вновь рухнул на колени. Заламывая руки, он неожиданно высоким голосом заверещал:

– Умоляю, не губите меня, ваше высочество! Клянусь, что всего лишь выполнял распоряжение короля!

– Что здесь происходит? – грозный окрик заставил меня вздрогнуть и перевести взгляд на дверь.

На пороге, горя праведным гневом, стояла моя бабушка.

Глава 20

Родная моя! Как же я рада была её видеть, хотя не могу не признать, что ещё большую радость мне доставил совершенно стушевавшийся д’Акен. Что-что, а связываться с чрезвычайно острой на язык герцогиней д’Одемар не решался никто, даже король.

– Абелла, дорогая, как же ты вовремя! – с визгом восторга я соскочила с кровати и обняла единственного родного человека. – Я так тебе рада!

– И я тебе, любимая. Только умоляю, отошли этого сатира подальше. От его постной физиономии у меня усиливаются головные боли, – пренебрежительно махнув в сторону пораженно застывшего медика, грозная дама поспешила усесться в кресле.

– Тогда, может, я вам клистиров назначу… – открыл было рот д’Акен, но герцогиня быстро его оборвала:

– Я сама тебе сейчас столько клистиров назначу, до конца жизни с горшка подняться не сможешь! – Да, бабушка могла нагнать страху.

– Ну, не стану вам больше мешать. Я, пожалуй, пойду, – врач попытался улизнуть, когда властный окрик: «Стоять!» – пригвоздил его к месту.

Не оборачиваясь в сторону медика, бабушка взяла мои руки в свои, напряженно высматривая признаки недомогания на моём лице.

– Ничего страшного не произошло, родная. Просто сильно перенервничала, когда король пригласил меня составить ему пару на утренней прогулке, и потеряла сознание. А его величество, обеспокоенный состоянием моего здоровья, оказался настолько любезен, что прислал месье д’Акена пустить мне кровь.