Шанталь. Против течения

Я уже сделала было шаг в открытую дверь покоев, где горничные раскладывали мой ночной наряд, когда внезапно вспомнила совет де Кресси, переданный мне через прислугу. Молниеносно приняв решение, я развернулась и поспешила в крыло, где располагались комнаты Мадам. Лизелотта Пфальцская была единственным человеком, кому я могла хоть немного доверять. Переночую в покоях принцессы, а завтра постараюсь заручиться её поддержкой в борьбе против королевской тирании.

Де Клермонт довольно ухмыльнулся.

Через три дня на маскараде с выскочкой будет покончено навсегда! Она умрёт на глазах у многочисленной толпы, и её смерть спишут на несчастный случай. Никто никогда не догадается о его причастности к этому делу. О да, он отомстит им всем!

Глава 19

Море… В последние годы оно стало единственным домом, пристанищем, где Патрис наконец смог обрести самого себя. Всматриваясь в его бескрайний горизонт – такой необъятный, такой далекий, он не чувствовал себя одиноким.

Море всегда было с ним.

Изменчивое по своей природе, море, словно дивная кокетка, осознающая свою манящую красоту, никогда не бывает одинаковым. То оно спокойное и тихое, как будто нет ничего более ласкового, чем его легкие волны. Вода отражает теплые солнечные лучи и слепит не привыкшие к яркому свету глаза. Но уже через мгновение оно всколыхнётся от резко налетевшего откуда-то сильного ветра, а величественные волны, совсем недавно казавшиеся мягче ласкового котенка, будут биться о берег с силой огромного разбушевавшегося зверя.

Голубое, без единого облачка небо станет серым и грозовым. Надвинется шторм, заставляя рыбаков, оказавшихся в море, искать спасения на берегу, а морских обитателей, напротив, погонит на самую глубину, где они смогут переждать разыгравшуюся стихию. Однако и в этом есть своя прелесть – красота необузданности и силы, той самой, что так манила его.

Три месяца назад он, лишенный всех прав изгнанник земли родной, точно так же возвращался к знакомым берегам, куда, казалось, доступ был ему навсегда закрыт.

Тогда письмо месье Кольбера, министра его августейшего величества, заставило Патриса пересечь море и согласиться на тайное свидание с всесильным министром.

Патрис хорошо помнил эту встречу. Сначала ему с командой, практически замерзая от зимнего холода, пришлось около недели дожидаться назначенного рандеву, откладывающегося по не совсем понятным причинам.