Покажи мне, зеркало… Том 2

К тому времени, как добрались до конторы, мы обе успели порядком окоченеть, а потому были невероятно рады погреться у небольшого растопленного камина в маленьком холле, где кроме нас собралась огромная толпа народа так же, как и я надеющаяся получить хоть какое-нибудь рабочее место, которое дало бы гарантию того, что им удастся пережить зиму.

Дождавшись своей очереди я, робко улыбнувшись не служанке, но подруге, вошла в кабинет мистера Мейсона, как было написано на медной табличке, прибитой к двери.

– К сожалению, ничем не могу вам помочь, мисс. Вакансий для вас нет, – услышала я прямо с порога. Расстроившись, я кивнула и покинула кабинет посторонившись, пропуская вперёд какого-то прилично одетого джентльмена с тростью и в цилиндре, который случайно наступил тяжёлым сапогом мне на ногу.

На миг забывшись от боли, я пискнула и не удержавшись, выругалась на своём родном языке, пожелав, чтобы тяжёлый камень упал на его голову, когда мужчина внезапно замер и, приглядевшись ко мне внимательнее, предложил вернуться в кабинет.

Как оказалось, едва не сделавший меня инвалидом человек, представившийся как мистер Эммерсон, служил поверенным одного лорда, который дал ему невероятно сложное и, как он думал прежде невыполнимое поручение разыскать гувернантку для его маленькой дочери, которая бы владела тюркскими языками. Услышав моё восклицание, он невероятно обрадовался так как понял, что нашёл то, что искал. Задав мне несколько вопросов и убедившись в том, что я не лгу, он объявил, что я нанята, и мы немедленно отправляемся в Суррей.

Попрощавшись с рыдающей Корой и напомнив ей о письме, я, прижав покрепче узелок со своими пожитками, уселась в большую и очень удобную карету сидения который были застелены тёплым мехом, защищающим путешественников от холодов и, вот уже в который раз отправилась навстречу своей судьбе.

Глава 35

Возможно, всё дело в расшатанных нервах, но дорога до Суррея оказалась довольно длинной и утомительной.

Один и тот же серый и унылый пейзаж, казалось, задался целью преследовать меня до самого конца пути. Как же сильно он отличался от родного Гызылдага. Здесь не было огромных и величественных гор, пронзающих белоснежными пиками облака, не было пестреющих разноцветием лугов, не было милого сердцу хары-бюль-бюль, покрывающего холмы и подножия гор, отчего в свете яркого солнца они издали казались золотыми.