Покажи мне, зеркало… Том 2

Башмаки на шнуровке и полосатые шерстяные чулки мальчишки были мне велики, но я решила эту проблему насовав в носы тряпок, и, хотя ходить в такой обуви было крайне неудобно, она по крайней мере не спадала с ног и надёжно защищала от слякоти, образовавшейся вследствие прошедших недавно дождей.

С волосами, правда, пришлось немного повозиться, но и их, после небольших усилий удалось скрутить в крепкий узел и спрятать под шерстяной шапочкой, какие носили моряки по всему побережью.

И вот, старательно изображая мальчишку и стараясь не сильно стучать зубами из страха быть рассекреченной, я, памятуя советы капитана, отправилась в первое же питейное заведение, которое судя по яркой вывеске, изображающей улыбающегося во весь рот усатого толстяка в полосатом фартуке, предлагающего посетителям большую кружку полную странной белой пены и гордо именуемое "У Бена", являлось не только местом, где можно было с дороги промочить горло, но, и постоялым двором ,и справилась о том, где могу нанять карету для путешествия.

О том, что ляпнула что-то не то, стало понятно по взрыву хохота, донесшегося со стороны расположенных полукругом столиков и недоумевающему взгляду стоящего за стойкой хозяина, глядящего на меня как на умалишённую.

– Карету? Да, ты никак с луны свалился парень или эля перебрал? Откуда в здешних местах взяться карете?

"Не поддавайся панике"– твердила я себе, лихорадочно соображая, как выпутаться из столь щекотливой ситуации. Не придумав ничего лучше, я громко расхохоталась вместе с остальными, сделав вид, что это было не более, чем шутка.

Какой-то человек поднялся из-за стола и подойдя сзади, крепко хлопнул меня по плечу, одновременно кинув на стойку пару монет:

– Славный малец. Эй, хозяин, налей-ка моему приятелю эля и принеси вон к тому столику, а мы пока с ним о делах потолкуем.

От лёгкого похлопывания сильной руки, я едва не просела на землю, а когда человек подхватив меня под руку и, чуть ли не силком потащил к своему столу, я уже была готова выть и брыкаться, но следующая фраза, произнесенная угрожающим, шепотом заставила меня захлопнуть рот и позволить себя увлечь.

– Тише, глупая девчонка, иначе, мне тебе уже ничем не помочь!

Он назвал меня девчонкой? Но, как он узнал? Опустившись на указанный стул, я, борясь с брезгливостью и стараясь не слишком морщиться от отвращения, чтобы никого ненароком не обидеть, положила руки на плохо знакомую с тряпкой шероховатую поверхность стола и во все глаза уставилась на незнакомца.