Красавица и чудовище. Правда жизни

Все полицейские силы были немедленно брошены на поиски преступников, но даже я, несведущая о таких вещах знала наперед: те, кто «заказал» такого человека, как Эстебан давно позаботились о том, чтобы все свидетели были стерты с лица земли, а значит, убийцы нам никогда не найти.

***

Так странно… В отличие от простого люда, у наркобаронов даже похороны были по высшему разряду: частное кладбище, мраморный мавзолей, персональный сторож… Прямо-таки, умирай – не хочу.

Тысячи людей пришли проводить моего свекра в последний путь, будто он был не преступником, а святым человеком, этаким агнцем Божьим.

Я стояла в траурном платье, несколько лёгким для апрельской погоды и чувствовала, как холод проникает под одежду, заставляя зубы выбивать лёгкую дробь. Обнимая за плечи прижавшегося ко мне спиной Брента я, пользуясь тем, что на мне были тёмные очки, незаметно следила за прибывающими.

Отсутствие Мигеля начинало меня пугать. О чём он разговаривает с теми людьми? Не предложат ли они ему теперь, когда его отец мёртв и синдикат остался без своего главы, продолжить, так сказать, "семейный бизнес"?

Господи, нет! Пожалуйста…

Краем глаза, я заметила, медленно возвращающегося мужа в компании все тех же людей, кивающего на какие-то их слова.

Ко мне приблизился дон Рауль. Его хищные глазки, даже в такой, казалось бы, горестный момент, буквально раздевали меня, заставляя чувствовать себя под его грязными взглядами голой, несмотря на одежду.

– Примите мои соболезнования, Айлита, и знайте, что я скорблю вместе с вами, – он покосился на моего сына, который машинально встал между нами, с нескрываемой неприязнью, удивительной для его лет, взиравшего на противного дяденьку.

– Если вам, когда-нибудь, понадобится помощь, то знайте, что дон Рауль всегда готов прийти на помощь столь прекрасной сеньоре, как вы, моя дорогая.

Он попытался поцеловать мою руку, но Брент ему помешал.

– Мамочка, возьми меня на руки, ноги совсем застыли.

Вздохнув от облегчения и, благодаря Бога за сообразительность Брента, я тут же воспользовалась "добровольным щитом" и подхватила сына на руки.

Лютая ненависть, сквозила в прощальном взгляде дона Рауля, которым он, уходя, окинул на нас с сыном:

– Я не прощаюсь. Ещё непременно увидимся…

Когда-то я уже слышала подобное… Но, тогда, рядом был Девлин.