Мемуары зеркала

Поцеловав жену, Андрей сел в машину и отправился в пансионат, после чего вернулся в довольно хмуром настроении. Как оказалось, его ему испортил заведующий, который настаивал на дополнительной оплате содержания Анастасии Павловны.

– Тебе для матери не должно быть жалко денег, – строго констатировала Маша, – Если придется, я попрошу немного у своих родителей.

– Только не это, – взявшись за голову, однозначно ответил Андрей, – Я справлюсь, однако проблема продажи дома матери теперь встала более остро.

Так что пока будем придерживаться твоего плана, посещай пансионат каждый день, а теперь прости, я устал и отправляюсь спать.

Следующим утром Маше ничего не оставалось делать, как отправиться к свекрови и, несмотря на то, что ей и самой хотелось это сделать, в глубине души она ощущала себя обманщицей.

Увидев невестку, Анастасия Павловна расплылась в улыбке, что было ей совершенно не свойственно. Маша улыбнулась в ответ, хотя почувствовала неловкость и небольшой укол совести.

– Как ваше здоровье? Мы с Андреем очень переживаем за вас, – присев на стул, любезно произнесла она.

– Все в порядке, – махнула рукой Анастасия Павловна, – Вчера у меня очень сильно болела голова, но мой доктор не видит в этом ничего странного.

– Ну и хорошо, – обрадовалась Маша, – Несмотря на ваше пошатнувшееся здоровье, у вас потрясающее настроение! И все-таки вы необыкновенный человек.

– Я считаю, что обыкновенных людей нет, – задумчиво ответила Анастасия Павловна, – у каждого есть свои достоинства, недостатки, интересы, таланты…

– В какой-то степени вы правы, – замялась Маша, – Но вы знамениты, что уже отличает вас от многих.

– Я вышла из ничего, Дорогая, и унижала тех, кто не смог выбраться оттуда так же. Я часто забывала о том, что каждый человек может выбирать то, что ему ближе, – будто бы покаявшись, произнесла Анастасия Павловна, после чего откуда-то достала мундштук и закурила, – Но, только состарившись, я поняла: чем человек более ущербный, тем более ущербными он пытается сделать других… И, как я говорила, только спустя время ко мне пришло осознание того, что у вершин власти намного меньше счастливых людей, чем в местах, подобных моей родной деревне.

Мысль о том, что я родилась не для дойки коз и выращивания пшеницы, пришла ко мне лет в двенадцать. Чтобы избежать физического труда, я хотела выйти замуж за богатого, влиятельного человека, но судьба распорядилась иначе.