Здравствуй, Ленин!

Карнаухов, хлопнув дверью, с большим чемоданом на колесах, из которого торчали какие-то вещи, стал спускаться по лестнице.

– Я ухожу! Я не требую пощады! Я буду скитаться по свету, как Лир! О, неблагодарный мир! Ты еще вспомнишь обо мне!

9

Карнаухов шел вдоль набережной. Внезапно он увидел отблеск костра у кромки воды. Заглянув за парапет, он понял, что это греются бомжи.

– О, господа клошары! – воскликнул он. – Узнаете, кто я? Точно, я – первый признак белой горячки! Сам Ильич.

Встал из мавзолея, чтобы лично поздороваться с вами. Надоело лежать, хочется выпить в хорошей компании.

Спустившись вниз, продолжил:

– Давайте выпьем, господа клошары! Я угощаю! Вот, у меня тут был где-то коньячок… И вообще – считайте, что с сегодняшнего дня в вашем полку прибыло!

Открыв чемодан, достал бутылку коньяку.

– Вот. Прямо как в пьесе Горького «На дне». «Мой органон отравлен алкоголем»! Ну, кто первый?

Карнаухов протянул бутылку и только тут заметил, что «клошары» как-то нехорошо переглядываются и начинают окружать со всех сторон нежданного гостя.

– Ты смотри, пальто хорошее, – прохрипел один.

– И денежки в карманах наверняка имеются, – отозвался второй.

Третий взялся за ручку чемодана.

– Эй, ты! – возмущенно воскликнул Карнаухов. – А ну пусти!

– Лучше отдай по-хорошему, – просипел «клошар».

– Ах вы, твари! Горьковские типажи гребаные! На, получай! – и Карнаухов обрушил бутылку на голову бомжа, держащего ручку чемодана.

Второй получил в глаз кулаком, третий ногой в живот…

Карнаухов мчался по набережной, волоча за собой подпрыгивающий чемодан. Обитатели «дна» со злобными криками бежали следом. К счастью, этого делать быстро они не могли: сказывался не совсем здоровый образ жизни. Однако чемодан сильно тормозил Карнаухова, а бросить его ему было жалко. Видя, что преследователи не отстают, а напротив – приближаются, Карнаухов метнулся во дворы.

Несколько раз свернул, увидел выселенный дом, вбежал в подъезд, поднялся по лестнице, распахнул дверь в какую-то квартиру и шагнул во мрак…

10

– А, черт!

В темноте слышались бормотание и ругательства Карнаухова. Затем щелкнула зажигалка, и вокруг тьма раздвинулась. Возникли элементы интерьера: старинные комод, стол… Похоже, в квартире все же кто-то жил. Держа зажигалку в руке, Карнаухов недоуменно озирался по сторонам.