История Красной семьи

– Здравствуйте, – сказала девочка лет семи, неожиданно вбежавшая в комнату, – Меня Настя зовут.

– Привет, а меня Аня, – удивленно ответила та, после чего посмотрела на маму, – А это что за ребенок?

– Сестра твоя, – кинула Екатерина Анатольевна, – Чаще дома бывать надо!

– Да ладно!? – не поверила своим ушам Аня, – Вот с этого места, пожалуйста, поподробнее…

– Настя, зайка, иди в кроватку, завтра надо рано в школу вставать, – обратилась Екатерина Анатольевна к щупленькой девочке, – Через пятнадцать минут проверю, как ты там спишь.

Сев за стол, Аня невольно начала нервничать, а совесть начала жечь изнутри. До этого момента она ни на секунду не сомневалась в правильности своих решений: настолько глубока была ее обида на прошлое. Но теперь Аня поняла, сколько всего она пропустила, сколько всего ей предстоит узнать и сколько всего могла бы сделать для своей семьи. И чтобы они не натворила в прошлом, друг для друга они самые близкие люди, пусть эта близость и тяготила.

– Настю мы взяли из приюта четыре года назад, – начала разговор Екатерина Анатольевна, – Мы ее не удочерили, оформили опекунство, а то после удочерения пособие перестают платить.

– Так вы ее из-за денег взяли? – переспросила Аня у мамы.

– Нет, конечно, – махнула рукой та, после чего наложила целую тарелку картофельного пюре с котлетами, – Просто там как раз отец твой заболел… сердце.

– Естественно, если так пить, так какое тут сердце выдержит, – съехидничала Аня, – Это было предсказуемо.

– Он, между прочим, твой отец, имей хоть каплю уважения, – недовольно сказала Екатерина Анатольевна, – В конце концов, о мертвых говорят либо хорошо, либо ничего.

– Эту поговорку сократили, – еле слышно поправила Аня.

– Что!? – переспросила та, – Не поняла: что ты сказала?

– Я говорю: поговорку сократили. В оригинале она звучала: о мертвых либо хорошо, либо ничего кроме правды, – на этот раз твердо сказала Аня, – Вот я и говорю тебе правду.

– Я с ним всю жизнь прожила, что ж мне его в беде бросать что ль!? – слегка покраснев, недовольно ответила Екатерина Анатольевна.

– Прожила или отмучилась!? – усмехнулась Аня, – У вас с ним за тридцать лет уже все, наверное, было: и изменял он тебе, и пил постоянно, и даже руку поднимал.